Варрэн-Лин: Узы Стаи

Наутро она проснулась раньше всех и некоторое время нежилась в кольце их объятий, желая, чтобы это блаженное безделье никогда не заканчивалось. Над ее головой зашевелился Тирсвад. Динка запрокинула голову и встретилась взглядом с его темными глазами. Некоторое время они смотрели друг на друга, и у Динки внутри все сжалось при мысли, что она могла его потерять. На глаза сами собой выступили слезы счастья и облегчения.

— Не плачь! Пожалуйста, не плачь, моя Варрэн-Лин, — зашептал Тирсвад, обхватив ладонями ее лицо и склонившись над ним сверху. — Я напугал тебя. Мне так жаль, что из-за меня тебе пришлось все это пережить!

Динка помотала головой, не принимая извинения. В этом не было его вины. Она приоткрыла губы и потянулась к нему. Тирсвад наклонился ниже и накрыл ее губы своими губами в перевернутом поцелуе. Прикосновения его мягких теплых губ стирали пугающие воспоминания, а нежный язык, ласково скользящий по ее языку и небу, пробуждал в теле чувственную дрожь. Пока она целовалась с Тирсвадом, проснулись остальные мужчины, и Динка ощутила, как по телу заскользили их чуткие руки, ласкающие обнаженную кожу и пробуждающие в ней горячую волну влечения своими прикосновениями.

Дайм сполз чуть ниже и одной ладонью накрыл ее грудь, а губами прижался к вершинке другой груди. Отзываясь на дразнящие прикосновения его языка, сосок затвердел, натягивая кожу груди и посылая по Динкиному телу ворох блаженных мурашек.

— М-м-м, — Динка сдавленно застонала в губы Тирсваду, прогибая спину и плотнее прижимаясь грудью к лицу Дайма, ощущая, как отросшая за ночь щетина на его подбородке и вокруг губ покалывает кожу.

Хоегард широко развел ее ноги, и покрывал поцелуями внутреннюю поверхность бедра, двигаясь от колена выше и приближаясь к самому сокровенному.

— Ах, — Динка крупно задрожала и непроизвольно развела бедра еще шире, когда он накрыл губами ее чувствительный бутон и скользнул языком между лепестков. Наслаждение от ласк волнами расходилось по телу, и Динка полностью отрешилась от всех мыслей, отдавшись чувствам, захлестывающим ее с головой.

Тирсвад продолжал целовать ее, лаская языком ее рот и губы, несмотря на то, что она уже не отвечала, а только стонала, жадно хватая ртом воздух. Шторос прижался с другой стороны от Дайма и повернул ее к себе спиной, придерживая верхнюю ногу под колено на весу, и оставляя ее раскрытой для ласк Хоегарда. А Хоегард сместился выше, покрывая поцелуями низ живота, пушистый бугорок лобка и чувствительное место слияния нижних губок.

Динка выпятила зад, чувствуя ягодицами твердый член Штороса, ласкающийся об ее бедро. И в ответ на ее движение, он скользнул между ее бедрами и прижался ко входу в лоно.

— Да? — искушающе прошептал он ей над ухом, и тут же болезненно сжал зубами мочку.