Варрэн-Лин: Узы Стаи

Он всегда был никакой, совсем обычный. Мне и в голову не приходило его выбрать.

Но он всегда был неподалеку, и всегда оказывался рядом, когда мне нужна была помощь. Когда все мужчины ушли на границу, он остался прислуживать Вожаку. Я злилась на него, называла его трусом, а он только улыбался. А когда Вожак убил Эйрина, а Килейн стоял рядом и ничего не сделал, я возненавидела его. Даже больше, чем Вожака. Потому что он, как никто знал, как дорог был мне Эйрин. Но он продолжал ходить за мной по пятам даже тогда, когда я сбежала из долины.

Он говорил, что останется со мной рядом, что бы не произошло. И он… был рядом все это время. Он вырыл мне пещеру в горах, и каждое утро у пещеры лежало свежее мясо. Я только сейчас поняла, что он терпел все эти унижения и прислуживал Вожаку только ради того, чтобы поддерживать и защищать меня…

От слов Ринэйры в Динкиной душе защемило от нежности и сострадания. Ринэйра обнаружила в себе любовь к этому мужчине после стольких шегардов, что отвергала его. Но именно сейчас эта любовь была так нужна ему!

— Ты должна помочь мне, чтобы я могла вылечить его. Ты сделаешь так, как я скажу? — спросила Динка. Несмотря на ее усилия, Килейн не приходил в сознание и не мог пить. А Динке было нелегко вливать в него силу и вытягивать ее для исцеления ран одновременно. Если бы Ринэйра смогла ей помочь, то они бы гораздо быстрее облегчили его состояние. И сама Ринэйра почувствовала бы себя лучше, зная, что может что-то сделать для него.

Ринэйра приподнялась над землей и с надеждой посмотрела на Динку.

— Научи меня, пожалуйста. Я не хочу больше потерять мужчину, которого люблю, — проговорила она, пронзительно глядя на Динку. И у Динки защемило сердце от той боли, которая читалась в ее взгляде.

— Мне нужно, чтобы ты делилась с ним своей силой, — проговорила Динка, положив передние лапы на грудь Килейна и показывая Ринэйре, что нужно делать. — До тех пор, пока он самостоятельно не начнет пить.

Но Ринэйра смотрела растерянно и непонимающе. Динка осознала, что Ринэйра не видит потоки силы и не может за ней повторить.

— Делилась силой? Как это? — переспросила Ринэйра, тоже положив передние лапы на грудь Килейна с другой стороны, и вопросительно глядя на Динку. Несмотря на то, что она не видела, что делает Динка, она была полна решимости научиться.

— Нужно сделать так, как будто ты сражаешься и хочешь ударить своей силой противника. Только перед тобой не противник, а любимый. И бьешь ты не с ненавистью, а с любовью, — попыталась объяснить Динка Ринэйре. — Нежно, осторожно, будто касаешься языком.

Ринэйра озадаченно покачала головой, но приоткрыла пасть, высунула язык, и Динка увидела, как с кончика ее языка в тело Килейна потекла сила.