Варрэн-Лин: Узы Стаи

— Говори громче, чтобы все слышали. У меня нет от них секретов.

— Стая? Ты вошел в чью-то стаю? — в их общем сознании послышался холодный, словно перезвон льдинок, женский голос. — Похоже, я пришла зря…

Динка увидела, как желтые, как и у Дайма, глаза, светящиеся в темноте, стали удаляться. Как будто Варрэн-Лин попятилась.

— Прощай, Дайм, — едва слышно скользнула между ними мысль. — Я рада была узнать, что ты жив.

— Постой Ринэйра, — Дайм вышел вперед, загораживая от Динки глаза Варрэн-Лин. Пещера погрузилась в непроглядную темноту. — Мы можем поговорить? Я хотел бы узнать, что происходит в племени. Меня… не пустили домой.

— Еще бы! Ты привел с собой чужаков и удивляешься тому, что тебя не пустили? — насмешливо фыркнула Ринэйра в их общем сознании. Динка забыла, как дышать. Значит, все-таки дело в том, что они не черные. Хоть Дайм и говорил, что рядом с ним их примут в черном племени. Но оказалось, что они только помеха…

— Дело только в этом? — спокойно спросил Дайм.

— Не только, — лаконично ответила Ринэйра. Послышался шорох, и она выпрыгнула на поверхность.

Дайм обернулся, и Динка увидела, как они обменялись взглядами со Шторосом. Шторос кивнул, и Дайм, оттолкнувшись мощными лапами от пола, взвился к потолку пещеры и исчез вслед за Ринэйрой.

— Р-р-р-р! — Динка со злости ударила когтистой лапой стену, пытаясь совладать с раздражением.

— Сейчас он выяснит все, что ему надо, и вернется, — зевнул Хоегард и улегся на землю.

— Я пойду следом. Покараулю и попытаюсь подслушать, — проговорил Шторос. — Сидите здесь и не высовывайтесь!

— Я с тобой! — подскочила Динка.

— Незачем, — отрезал Шторос и, словно ящерица, вскарабкался по отвесной стене и скрылся вверху. Но Динка и не думала от него отставать.

— Динка, постой! — попытался ее остановить Тирсвад. Но она, отбрыкнувшись задними лапами от его зубов, быстро взобралась по стене вслед за Шторосом.

Она отдохнула, подкрепилась, и теперь тоже хотела знать, что происходит. Но особенно хотела знать… Дайм ушел с другой Варрэн-Лин, и Динка хотела знать, что между ними происходит. Он никогда не рассказывал ей о том, что «увивался» за кем-то. А Шторос, как всегда, знает больше всех.

Она вылезла на поверхность и зажмурилась от неяркого сумеречного света двух лун, казавшегося ослепительным после темноты пещеры, в которой они прятались. Шторос стоял неподалеку, прижавшись к красной стене и почти слившись с ней, и, прикрыв глаза, принюхивался.

Едва Динка выбралась, он повернул к ней голову, с еще не до конца отросшей гривой, и недовольно поморщился.

— Я иду с тобой, — поспешила сообщить ему Динка, предваряя возражения.

— Ладно, только веди себя тихо, — мысленно буркнул он. — И ни на шаг от меня не отставай.