Варрэн-Лин: Узы Стаи

И зачем тебе красный отряд, если у тебя есть мы?

Дайм тяжело вздохнул и снова зарылся мордой в шерсть Динки.

— Ты действительно хочешь стать Вожаком обманом, а не в честном бою? — продолжал задавать неудобные вопросы Хоегард.

— Я уже однажды победил его в честном бою, — угрюмо отозвался Дайм. — Но он все еще Вожак. А кто я?

— Ты наш Вожак, — нежно прошептала Динка, вылизывая его голову от закрытых глаз к прижатым ушам.

— Как было бы хорошо раз и навсегда прекратить эти войны, — проговорила она мечтательно. — Зачем вам сражаться между собой, когда вокруг целый мир, и вы могли бы жить вместе, дружить племенами, рожать общих детей.

— Таких красавчиков, как я, — вставил Тирсвад.

— Да, таких красавчиков, — с жаром поддержала Динка, не заметив сарказма, прозвучавшего в его замечании.

— Это невозможно, — вздохнул Хоегард. Дайм молчал, лежа с закрытыми глазами. То ли обдумывал договор с Красным, то ли уснул. Разговор сам собой затух.

И взгляд Динки невольно метнулся к Шторосу. Из темноты пещеры его силуэт четко выделялся в просвете входа, и Динка своим обострившимся чувством единения со своими мужчинами ощущала, что он глубоко несчастен.

Динка почувствовала, как сильно ее это раздражает. Раздражает то, что он думает о другой женщине. Раздражает мысль о том, что, если бы ему пришлось делать выбор между ней и дочерью, то решение было бы не на ее стороне... Раздражает то, что если бы ему разрешили остаться, то он, не раздумывая, остался бы с Сибиллой. Динка заерзала и недовольно заворчала, не зная как избавиться от глупой бессмысленной ревности. Шторос должен быть только ее. Она не хотела, не могла делить его даже с дочерью.

Увидев, что Динка беспокоится, Хоегард завалился на бок, обхватил ее лапами и притянул к себе. Динка дернулась было, пытаясь вернуть свое тело в устойчивое положение на животе. Но тут Тирсвад поднырнул ей мордой между задними лапами и ткнулся холодным влажным носом в живот.

— Что ты делаешь? — заворчала на него Динка. Но тут же вздрогнула и застыла от приятных ощущений. Тирсвад высунул язык и широким мазком лизнул ее промежность и низ живота. А затем еще раз, и еще…

— Прекрати… — неуверенно попросила Динка, вздрагивая от удовольствия.

— Почему же? Тебе не нравится? — прошептал Тирсвад, и тут же в ее сознание ворвалась картинка-воспоминание. Кольцо огня, взвивающееся вокруг них до небес, влажная скользкая от пота кожа, руки Тирсвада на ее бедрах, его губы и язык, ласкающие самое сокровенное и… обжигающее, сводящее с ума желание. Его желание обладать ею.

Динка застонала, переворачиваясь на спину, раздвигая бедра и позволяя его языку беспрепятственно ласкать ее. В сознание проникло еще одно воспоминание, в этот раз от Хоегарда.