Варрэн-Лин: Узы Стаи

— Он убил мою мать, и я не позволю тебе убить его! Я загрызу его сама!

От этой угрозы Динка дернулась, готовая сорваться с места и вновь броситься на защиту своего мужчины, но Тирсвад вновь вцепился ей в загривок, а Хоегард лег на нее всей своей тяжестью, придавливая к земле.

— Достаточно! — тихо, но отчетливо ответил ему Дайм. — Он искупил свою вину в полной мере. Он умер и воскрес. Больше эта вина над ним не властна.

Двое крупных мужчин сверлили друг друга взглядами. Сибилла, казавшаяся на фоне Дайма и Райоста маленькой и хрупкой, переводила взгляд с одного на другого. А Шторос за спиной у Дайма ждал своей участи, поникнув плечами и повесив безрогую голову почти до самой земли.

— Я убью его! — Красный Вожак упрямо набычился, наставляя на Дайма рога. — Он загрыз одну из наших Варрэн-Лин. Я не могу позволить ему жить!

— Он из моей стаи. Я не могу позволить тебе убить его! — в тон ему ответил Дайм и низко зарычал, не угрожая, но придавая вес своим словам. — Ты обещал мне и моей стае неприкосновенность. Разве наш договор потерял свою силу?

При упоминании договора Красный Вожак застыл, глубоко задумавшись.

— Что важнее, преступление, которое давно в прошлом, и наказание, которое уже однажды исполнено. Или будущее нескольких племен? — продолжал закреплять успех Дайм. Динка, затаив дыхание, наблюдала за выражением морды Красного Вожака. От его решения сейчас зависит будет ли жить Шторос. Будут ли жить они все… Ведь если он решит нарушить договоренность, которую удалось достичь Дайму, то столпившиеся в проходе между скалами красные варрэны просто разорвут их.

— Ты прав, Дайм, — наконец, медленно проговорил Райост. — Будущее важнее. Но оставить его в живых я не могу. Это будет несправедливо по отношению к Крилле, по отношению к ней, — он кивнул на Сибиллу.

Дайм молча ждал, навострив уши и вглядываясь в глаза Красного Вожака.

— Отдайте его нам, и мы не причиним вреда вашей стае. Нам нужен только он, — проговорил Райост, кивая на приподнявшего голову Штороса.

Динка тихо заскулила. Шторос — вечная заноза и головная боль для всех членов стаи. Он злобный, непредсказуемый, ревнивый. Он неоднократно выказывал пренебрежение авторитету Дайма. Но… он же и самоотверженно жертвовал собой, чтобы спасти каждого из них, он же уверенно принимал на себя командование их стаей, когда Дайм нуждался в помощи, он же… был также дорог ей, Динке, как и все остальные. Дайм не отдаст его! Даже если придется противостоять целому миру. Ведь правда?

Дайм медленно покачал головой.

— Договоренность распространяется на всю стаю. Нельзя выполнить договоренность наполовину. Либо ты оставляешь нас в живых, либо… мы будем сражаться до последней капли крови.