Варрэн-Лин: Узы Стаи

— Динка, назад, — это Шторос прыгнул наперерез дочери, но Динка топнула задней лапой, и взвившийся до неба столб огня отбросил Штороса ей за спину ко входу в пещеру и запер его там.

— Попробуй, — зарычала Динка, тоже подбираясь и внимательно следя за движениями противницы. За Штороса она готова была биться хоть с самим Ариманом не на жизнь, а на смерть.

Сибилла не стала отвечать и бросилась на нее. Динка встретила ее бросок грудью, поднявшись на задние лапы, а затем, обхватив передними лапами противницу поперек туловища, уронила на землю и придавила сверху своим телом. Сибилла вывернулась и быстро отпрыгнула, глядя на Динку такими знакомыми глазами и тяжело дыша.

— Ты очень похожа на него, — сама не зная зачем, проговорила Динка. — Странно, что я сразу тебя не узнала.

— Почему ты его защищаешь? — зарычала Сибилла, отряхиваясь и снова вставая в боевую стойку.

— Он мой варрэн, и он будет жить. Хочешь ты того или нет, — Динка не чувствовала злости, лишь жалость к ним обоим. Она прекрасно понимала чувства Сибиллы, но и Штороса она без боя отдавать не собиралась. Он пытался прорваться сквозь стену огня, но каждый раз с визгом отскакивал. Вмешаться в драку двух самок ему было не по зубам.

Сибилла снова бросилась на Динку, полыхнув пламенем, но Динка уже сняла преграду. Огонь свободно плеснул во все стороны. Девушки были ровесницы, и силы их были почти равны. Вот только Сибилла росла под защитой своего племени и боевого опыта у нее почти не было. А Динка… прошла со своими мужчинами через два мира, защищалась, сражалась, убивала… Ее опыту могли бы позавидовать многие мужчины из рыжего племени, не то, что юная, едва вступившая в возраст зрелости девушка.

Драка была яростной, во все стороны летели клочки бурой и рыжей шерсти, тут же сгорая в плещущемся вокруг пламени. Сибилла прижала голову Динки передними лапами к себе и пыталась мощными когтями на задних лапах разорвать ей беззащитный живот. Но Динка извернулась и перекатилась, подмяв соперницу под себя. Ее зубы щелкнули в опасной близости от открывшегося горла.

— Зачем он тебе? — пропыхтела Сибилла, прикрывая шею мощными лапами. — Он чокнутый старик, он годится тебе в отцы. Что ты в нем нашла?

— Я люблю его, — просто сказала Динка. Как еще это объяснишь?

— Моя мать тоже любила его… — всхлипнула Сибилла. Вырваться из Динкиного захвата ей не удавалось, и она безуспешно извивалась по земле, скаля зубы в бессильной ярости.

— Это были их отношения. Нас с тобой они не касаются, — проговорила Динка, ослабляя хватку и вглядываясь в красивые сияющие глаза соперницы.

— Он убил ее! — рявкнула Сибилла, выворачиваясь из захвата и снова набрасываясь на Динку. Ее острые зубы мелькнули в опасной близости о Динкиной шеи, но она вовремя прикрылась плечом.