Варрэн-Лин: Узы Стаи

Вопреки всем законам природы, болт взмыл на невиданную высоту и на излете шлепнулся прямо к лапам Белого Вожака. И в тот же миг, Динка почувствовала, как невидимая нить соединила ее с Тирсвадом.

А Хоегард уже выпустил следующую стрелу в гущу черных спин и голов, бегущих плотным строем.

«Сколько же их!» — ужаснулась Динка, увидев, что первые ряды уже сцепились с отчаянно защищавшимися белыми Варрэн-Лин, а задние ряды еще только появлялись из-за горизонта.

— Динка, стой на месте! Ни шагу больше! — прозвучал голос Тирсвада, возвращая ее к действительности. Динка остановилась и поспешно обернулась. Защищаться зубами ей не приходилось, льющаяся с ее тела сила растекалась на добрый десяток шагов и полыхала непреодолимой для мужчин-варрэнов стеной. А все ее чувства были направлены туда, где сражались в неравном бою ее мужчины.

Стрела, прочертив в темном небе сияющую дугу, воткнулась в землю и вспыхнула ярким пламенем, заставляя черных варрэнов испуганно отпрянуть. И лишь один бросился к ней и, несмотря на огонь, схватил ее в зубы. Динка ощутила резерв Дайма, почти полностью опустошенный сражением, и направила в него всю свою любовь, пополняя его. Живой! Осознание того, что Дайм жив накрыло ее горячей волной счастья.

Наблюдение за полетом третьей стрелы прервал истошный вой, раздавшийся совсем близко. Каким-то образом оторванные от основной массы и прижатые к глухой скале, отчаянно оборонялись серый варрэн и белая Варрэн-Лин, прижавшись друг к другу боками. Варрэн-Лин беспорядочно источала огонь, обжигая не только врагов, но и своего спутника. А серый принимал на себя все удары и укусы, закрывая своим телом спутницу. Резерв его был на грани жизненно-минимального.

— Сюда! Идите сюда! — завопила Динка, пытаясь докричаться до несчастных, окруженных врагами со всех сторон. Но они в горячке боя не слышали ее. Динка топнула ногой, посылая в их сторону дорожку огня, отбросившую от обреченных часть противников.

— Динка, не смей сходить с места! — проревел в голове голос Тирсвада. Динка поспешно обернулась и увидела, что Хоегард выпускает стрелу за стрелой, которые падающими звездами опускаются в центр красного воинства, пылая, словно факелы.

— Шторос! Шторос, где ты? — Тирсвад, пользуясь своим особым положением, пытался достучаться до разума рыжего, но связь с ним не появлялась. То ли он был слишком далеко и стрелы не долетали до него. То ли он был настолько осажден своими соплеменниками, что не мог дотянуться до стрелы. То ли бы без сознания. То ли… С Динкиного места разглядеть то, что происходит в центре красного войска было невозможно.

— Шторос! Я люблю тебя! — мысленно завопила Динка в темное, глухое к мольбам небо, отказываясь верить в непоправимое. И громко протяжно завыла во все горло.