Варрэн-Лин: Узы Стаи

Он собирался силой вышвырнуть трусливого Вожака из его убежища и за шкирку притащить его на гребень горного хребта, чтобы он своими глазами увидел, к чему привело его бездарное правление племенем. Но Варрэн-Лин с пеной у рта, что сейчас была опаснее заряженного ружья, нарушила его планы.

— Тирсвад осторожнее, она… — тихо предупредил его Дайм. Черный варрэн неподвижно стоял у входа и не ввязывался в разборки белых, чтобы не вызвать ненужной агрессии, предоставив Тирсваду самому договориться со своими соплеменниками. Но Тирсвад знал, что пока он разбирается с Литалом, его спина надежно защищена.

— Я вижу, — ответил он, не оборачиваясь.

— Мира! Мира, луна моя! — заворковал Литал, опасливо приближаясь к больной Варрэн-Лин. — Приляг, отдохни. Тебе нельзя переживать.

Но Варрэн-Лин развернулась одним прыжком и, брызгая слюной, хватила зубами воздух в том месте, где только что стоял Литал. Литал попятился, в ужасе вращая глазами.

— Мы сможем усыпить ее? — спросил Тирсвад Дайма, не сводя взгляда с Белого Вожака и наступающей на него женщины.

— Если только сильно ударить по голове, чтобы она потеряла сознание, — предложил Дайм. — Можно попробовать сбить вон тот карниз у нее над головой, чтобы камнем ей прилетело по затылку. Возможно, у тебя не получится, но вариантов у нас немного.

— Если промахнусь, то она сбежит, — прошептал Тирсвад, оценивая расстояние от себя до неровно нависающего щербатого потолка; от камня, который желательно было отломить, до головы Мирагрис; от напрягшейся для смертельного прыжка Варрэн-Лин до зажавшегося в углу и скулящего Литала и от них обоих до призывно светящегося проема выхода из пещеры.

— Это вы виноваты! — истерично выкрикнул Литал. — С ней все было хорошо до вашего прихода!

— Действуй! Я остановлю ее, если она побежит, — отрывисто велел Дайм. И Тирсвад сорвался с места и взвился к потолку, представляя себя лезвием метательного кинжала.

Его острые когти вспороли каменный свод природной каверны, отсекая неровно выступающий угол между расщелиной в потолке и каменным перекрытием. На лету наподдав отделившийся от потолка камень лапой и задав ему нужное направление, Тирсвад извернулся и приземлился аккурат между Мирой и Литалом, загораживая Вожака своим телом от разъяренной Варрэн-Лин. Мирагрис всхрапнула и отпрянула от неожиданности, и в тот же миг ей в затылок врезался камень размером с голову новорожденного щенка.

Варрэн-Лин покачнулась, глаза ее закатились, но тело, ведомое не разумом, а заразой, подчинившей себе все мышцы, взвилось в воздух и обрушилось на Тирсвада всей тяжестью. Острые, как серпы, когти впились в его тело, раздирая шкуру и оставляя страшные рваные раны, а пасть, застывшая в смертельном оскале, нависла над его мордой.