Дело Варнавинского маньяка

Бежали из Первопрестольной, когда за них там взялись всерьез, и осели у вас. Шесть или семь отчаянных людей, при оружии. Все — патентованные убийцы. Давайте лучше на них поохотимся!

— Отличная мысль! — оживился исправник. — И делу польза, и нам кровь разогреет. Я согласен!

— А я пас, — сразу отказался Поливанов. — И на медведя не хожу, и на этих не стану. Опять же, банда в уезде, а я городской пристав.

— Я тоже сторонник, чтобы идти втроем. Два господина медвежатника и я, грешный.

Но капитан особого желания биться с бандитами не проявил:

— Хм… Втроем против семерых? И, говорите, опытные люди?

— Первоклассные головорезы. Где-то в уезде у них притон. Из него они ездят в Кострому и Нижний, там кого-то громят и снова прячутся у вас. Застигнем?

— Что-то я в раздумьях. Давайте хоть Щукина с собой возьмем.

— Вот еще! — отозвался исправник. — С ним будет неинтересно. Щукин их один всех перебьет, нам ничего не достанется. Решайся! Мне медведи и взаправду уже надоели.

Готовцев погрозил Алексею пальцем:

— Все вы, Алексей Николаевич! Галактион постоянно готов ввязаться в любую авантюру. Да и я, признаться, азартен. Уговорили!

— Вот и славно, — обрадовался Бекорюков. — Дело за сущим пустяком — обнаружить притон, в котором прячутся Челдон с товарищами. До сих пор, напомню, нам это не удавалось…

— Дайте Щукину команду усилить поиски. Пусть едет по деревням, трясет владельцев постоялых дворов, кабатчиков, волостных старост. А я поищу банду со своего конца.

— Какой может быть свой конец у вас, приезжего человека? Вы в городе всего три дня. Нет, уж если Щукин не найдет, то ваша блестящая идея бесславно угаснет. А жаль. Мне бы сейчас самое время отличиться перед начальством!

— Но если вдруг мы банду отыщем, как же мы втроем арестуем семерых? — полюбопытствовал воинский начальник.

— Зачем их арестовывать? — безмятежно ответил Алексей. — Мы их аркебузируем, как говорили при Петре Алексеевиче.

— То есть перестреляем? — удивился Готовцев.

— Да. Кого сумеем. Остальные сами деранут из уезда, что и требуется. Главное, достать Челдона, остальных можно и отпустить.

Бекорюков с сомнением покачал красивой головой:

— По инструкции убивать при аресте не положено.

— Больше всех в этом деле рискую я, и то не боюсь. И вы не тушуйтесь.

— Почему это вы рискуете больше нас? — встрял Поливанов. — Приехали и уедете, а мы тут останемся.

— Потому, Николай Орестович, что в отпуске я оказался не просто так, а как раз за подобное дело. Застрелил подозреваемого. Две недели назад в Петербурге.

— Случайно?

— Сознательно. Но это строго между нами, господа. Негодяй участвовал в убийстве полицейского «демона», внедренного в банду Недокрещенного.

— Недокрещенный? — встрепенулся Поливанов.