Варлок

Поведение и ответ моей «дочки» он воспринял не иначе как отказ и чуть было не разревелся. Успокоить юного рыцаря удалось далеко не сразу, совместными усилиями нашей команды и Марии Викторовны. Думаю, что не последнюю роль в деле уговоров сыграла рассказанная «тётей Инной» фантастическая сказка о том, что даже сам «дядя Кузьма» очень, очень, очень долго добивался того, чтобы «тёте Нина» сказала ему однозначное «да». Мы с Зайкой переглянулись и, пожав плечами, подтвердили успокоившемуся вроде кавалеру, что – да, всё так и было. Почти так… Я же по секрету намекнул, что если даже дама сказала бы ему «нет», то это ещё не повод отчаиваться, потому как на женском языке это означает «может быть», в отличие от самого «может быть», которое означает «нет». Тем более что ему сказали «я подумаю», что уже практически «да».

В общем, так как «дядя Кузьма», после виденной мальчиком дуэли, на некоторое время стал бесспорным авторитетом у сорванца, а «тётя Нина» – ну, Нинка была просто признана «красивой», а потому согласно детской логике к ней тоже следовало прислушиваться… Нам поверили. А вот Аська чуть позже нас удивила. Не знаю уж, что там на неё нашло, но когда «Каратель» в сопровождении Валькиного электроцикла выехал за ворота поместья, она, захлюпав носом, пустила слезу и не успокаивалась вплоть до самого дома."

"В кампус мы въехали примерно в одиннадцать. Комендантский час ещё не начался, но девицы-красавицы развозиться по домам не пожелали, а заявили, что в связи с моей победой в дуэли и получением «Ключа» рода Деньских они устроят… девичник. Нас с Валькой поцеловали и попросили на выход, заявив, что коли гусары имеют такое желание, то ближайший магазин ещё открыт и квартира в нашем распоряжении, но если мы в ней во время гулянки насвинячим, то завтра мне этого не простят!

Броневичок оставили на небольшой парковке особняка, благо он вместе с электроциклом занял там всё свободное место. Магазинчик действительно ещё работал, а потому, пока я, не отсвечивая как не совершеннолетний, постоял на стрёме, господин полицейский офицер из Дисциплинарной комиссии закупил всё, что было нужно и что мне бы не продали. После чего мы очень хорошо посидели на кухне, предпочтя отметить мою победу не разносолами с дефлопе, как небось гуляли сейчас девчонки, а по-простому, по-русски, в стиле «парни из рабочего квартала», с беленькой, закусочкой и пельмешками.

К сожалению, с последними вышел небольшой прокол. Кондовых «Останкинских классических» в магазине не продавали, так что нам пришлось довольствоваться элитным суррогатом, который, как оказалось, каждое утро готовила для покупателей очень милая девчушка-сибирячка, студентка второго курса, по очень строгому традиционному семейному рецепту.