Варлок

Я аккуратно прикрыл дверь. Обернувшись, ещё раз посмотрел на мертвое тело и только после этого спустился вниз. Нина сделала было шаг в мою сторону, но остановилась, при этом я успел увидеть, как она встретилась глазами с моей мамой и быстро отвела взгляд.

То, что в королевстве Датском не всё ладно – понятно было и без слов, однако смысл всех этих телодвижений пока что ускользал от меня.

– Рассказывайте, – безапелляционно потребовал я, проведя пятернёй по своим мокрым волосам. – Если вы дружно продолжите молчать, то вряд ли это поможет делу. Во-первых – кто прикончил того мужика?

– Я… – тихо ответила Зайка, глядя в пол. – Но я не хотела… я всего лишь хотела оглушить его, обычным «шокером», а он…

– Ты молодец! – быстро подойдя к девушке, я обнял её за плечи и притянул к себе. – Ты всё правильно сделала! Обвешанные оружием дядьки просто так по девичьим комнатам не лазят.

Напряжённое тело Нины вдруг расслабилось, она обхватила меня и разрыдалась. Поглаживая её по вздрагивающей спине, я почувствовал чей-то тяжёлый взгляд и, слегка повернувшись, встретился глазами с матерью. Она молча, нахмурившись, смотрела на нас, плотно сжав губы и, как мне показалось, едва сдерживала себя, чтобы не взорваться.

Меньше всего моя родительница сейчас походила на всё понимающую и всегда готовую утешить прихожан матушку Татьяну, к которой так привыкли чулымские верующие. Но я-то знал, что показная кротость и мягкость всего лишь образ, предназначенный для работы на публику. В то время как отец, рассорившись с дедом, действительно принял для себя Бога, мама так и осталась то ли атеисткой, то ли всё же агностиком. Да и вообще, вся эта церковная эпопея была ей как кость в горле, и, как мне порой казалось, изображала она из себя «правильную» супругу священника через силу, только для того, чтобы дать детям полноценную семью.

Сейчас она была в своей «домашней» ипостаси, суровая и волевая женщина, которая не считалась с чужим мнением и была уверена, что лишь она знает истину. И в средствах убеждения в этом окружающих она не стеснялась и вовсю пользовалась своей странной телепатической силой, для достижения нужных ей целей."

"Похоже, что именно по этой причине Анька сейчас боялась не то что влезать в разговор, а даже просто поздороваться со мной. Словно пай-девочка, что было для неё совсем не свойственно, ибо от мамы она унаследовала многое, в том числе и характер, она скромно держалась позади родительницы и старалась не отсвечивать. Хотя по сверкающим глазам было видно, что произошедшее в доме сестру хоть и напугало, но одновременно привело в возбуждённое состояние и разожгло огонь неуёмного любопытства.

Другое дело я. Маму я очень уважал, но, к сожалению для неё, давно уже вылетел из гнезда.