Варлок

– Ничего от меня не пахнет, – ответил я, прекрасно зная, что даже не вспотел.

– Пахнет – не пахнет, а я чувствую! – осадила она меня. – Ты почему не из юридического вышел? Занятия прогулял? Глаз да глаз за тобой нужен.

– Нин, я теперь не учусь на юридическом. Меня на военную кафедру ректор перевёл.

– Куда? Группа какая?

– Полтинник… – ответил я, ожидая её реакцию.

– Это… – она так затянула мне галстук, что я чуть не закашлялся. – Хорошо. Для нас обоих. А папенька – пусть побесится. Ему полезно. Ладно, Кузя, давай… рассказывай мне правду. Про дедушку твоего, про Наставника… и как ты дошёл до жизни такой.

– Я тебе не врал, – нахмурился я.

– Знаю… – она всё никак не отпускала мой галстук. – Ты лицо-то сделай попроще, а то мои однокурсники всяко-разно неправильное подумать могут.

– Тебе ректор рассказал? – спросил я, аккуратно снимая её маленькие пальчики со своей удавки, правда, она тут же вцепилась в мою руку, явно не желая ее отпускать.

– Я – настаивала, – она плотоядно улыбнулась. – Он, конечно, сопротивлялся, но… пойми меня правильно, Кузя. Это не простое любопытство. Просто я должна знать, с кем общаюсь. Тем более если сам герцог Сафронов первым подаёт этому человеку руку. Это при том, что тот вроде как «простолюдин». Ты уж не обижайся, твоя светлость!

– Я не аристократ, – буркнул я.

Мне было очень приятно от того, что она держала меня за руку. В общем-то ничего удивительного в этом не было. Мальчик-девочка… в моём возрасте при прикосновениях сверстников противоположного пола всегда возникает некое сладостное томление. Однако сейчас всё было немножко по-другому, и руки этой девушки, её пальчики… они казались…

– И это я знаю, – она тяжело вздохнула. – Я не думаю, что тебе стоит отказываться от…

Во внутреннем кармане моего пиджака завибрировал сотовый, а затем Виктор Цой затянул свою «Группу крови на рукаве…», что означало, что звонили с неопределившегося номера. Извинившись, я достал телефон и, отойдя немного в сторону, активировал его.

– Алё.

– Ефимов, мать твою! Как всё это прикажешь понимать? – рявкнула трубка голосом Грема Фишшина. – Я думал, что ты нормальный парень! Не хочешь учиться у меня – так и сказал бы в лицо, а так поступать…

– Грем… Грем? – попытался я его остановить, но препода явно несло. – Грем – объяснитесь, чёрт вас побери! Я ни хрена не понимаю!

– Что… – он резко замолчал, а затем, моментально сбавив обороты, спросил: – Ты… что? Не писал заявления о переводе в гвардейскую группу?

– Нет. Меня и у вас всё устраивает."

"– Так! – Я прямо почувствовал ярость учителя на том конце. – За наезд – извиняй… с меня бутылка.

– Да что случилось-то?…

– Ничего, что бы касалось лично тебя, – ответил он.