Варька

Хай-Ри с Нарком набили шишки, Варька разбила нос, и сердобольные крестьяне отвели их в дом местного старосты.

Когда Варька немного пришла в себя, она увидела участливо склонившееся над ней девичье лицо."

"– Барыня, как вы себя чувствуете? – Варька привстала, убедилась, что голова на месте, и сказала, что хорошо. – Вот и ладненько. Я Марья, старостина дочь. Карету я вашу в кузницу велела отвезти, к завтрашнему дню починят. Спутники ваши к князю поехали, так что лежите, отдыхайте. Только сидеть я рядом с вами не смогу, вы уж не обессудьте. У меня мужчины сейчас вернутся, их накормить надо. – Варька согласно кивнула головой. – И вы, если не побрезгуете, поешьте.

Варька поднапряглась и тут же вспомнила, что с утра ничего не ела. Просто потому, что никто из тех девушек, у которых она была в гостях, и не предлагал. Хваленое русское гостеприимство на боярские и купеческие дворы почему-то не распространялось. Варька поняла, что действительно хочет есть, и подумала, что раз уж она в гостях, а не у себя в замке, где все обязаны были ей прислуживать, то нечего разлеживаться, а надо встать и помочь. Не смертельно же она ранена, в самом деле! Подумаешь, нос разбит.

Варька поднялась и оглядела себя с ног до головы. Н-да. Парадно-выходное платье было безнадежно испорчено. Господи, разбила-то нос всего-навсего, а крови натекло – как будто на ней как минимум трех куриц резали. Варька переоделась в русский народный сарафан, оставшийся от безвременно ушедшей матушки Марьи (в сарафан самой Марьи она не влезла), заплела косу синей лентой (посетовав, что со школы этим не занималась) и начала помогать Марье строгать салаты в тазики. Надо отдать Марье должное – она попыталась Варьку от этого не графского дела отговорить. Но увидев, что опыт в нарезании салатов тазиками у Варьки есть, что нож она держит уверенно и мужикам не грозит найти в своей тарелке полпальца, дочь старосты занялась своими делами. Разумеется, что в четыре руки дело пошло гораздо быстрее.

– Как я всегда жалею, что у меня сестры нет, – вздохнула Марья, оглядев результаты работы.

– Я тоже, – честно поддержала ее Варька.

Теперь, когда основные дела были переделаны, Варька могла спокойно оглядеть избу, в которой находилась, а главное – хозяйку этой избы. Дочь местного старосты Марья была года на два Варьки моложе, килограммов на десять легче и вообще производила приятное впечатление. Когда Варька увидела, как Марья управляется с пришедшими мужиками (а их было человек десять), она впечатлилась, а когда увидела, что мужики спрашивают у Марьи совета, поняла, кто, собственно, здесь на самом деле староста. И тут к Варьке в голову закралась целая одна светлая мысль. И вы, наверное, уже догадались, какая именно.