Заповедь Варяга

Владислава немало удивили распахнутые настежь ворота, а еще какая-то зловещая тишина. Некоторое время Варяг оглядывался, а потом, вынув пистолет, вышел из машины. Пусто. Как будто всех обитателей замка взяли к себе темные неведомые силы. У ворот он наткнулся на лежащую в пыли подстреленную овчарку с оскаленной пастью. Осмотревшись, увидел на земле, в тени деревьев, застывший труп мужчины. Стараясь не перепачкаться в крови, перевернул его на спину и узнал в нем Салари Барри, одного из доверенных людей Гобетти. Вокруг никого не было видно. То, что около дома Гобетти с полчаса назад гремела нешуточная перестрелка, было и дураку понятно.

Однако единственное, что сейчас волновало Владислава, так это местонахождение Светланы с сыном.

Первый этаж здания был безмолвен. Крутая винтовая лестница уводила под самую крышу. Варяг осторожно, как будто ожидал, что под каждой ступенью заложена мина, стал подниматься. Одна из комнат оказалась открытой. Владислав долго не решался входить в нее, опасаясь столкнуться с чем-то ужасным. А когда наконец отважился, то увидел окровавленный труп, лежащий в самом центре комнаты.

Пустым невидящим взглядом Луиджи Гобетти смотрел в никуда. Окружающее больше его не интересовало. Вот, значит, как оно обернулось. Кто же это его опередил? Владислав заглянул в следующую комнату, прошелся по этажу. Дом был пуст. Всюду его встречало безмолвие. Разбежались даже слуги.

– Света, где ты?! Света?! – кричал Варяг в пустоту.

Он вдруг понял, что очень устал, и единственное, что его могло выручить, так это крепкая сигарета. Он присел в одно из кресел и с наслаждением закурил. Владислав даже не услышал, как в комнату, в сопровождении трех полицейских, вошел Ричард Баттлер. Полицейские застыли, наблюдая за тем, как в центре мертвого царства господин Игнатов попыхивает ядовитым дымом. Владислав докурил сигарету, затушил окурок о хрустальную пепельницу и только после этого обратил внимание на четырех полицейских, сжимавших в руках по «магнуму».

– Надеюсь, вы получили удовольствие от выкуренной сигареты, господин...

– Игнатов.

– ...Игнатов? – вежливо поинтересовался шеф полиции.

– Вы не угадали... Эта была самая скверная сигарета в моей жизни, – без всяких эмоций откликнулся Варяг.

– Я очень сожалею, – на лице полицейского появилось нечто напоминающее сочувствие. – А теперь я попрошу вас пройти с нами в машину.

– Если я арестован, тогда вы забыли зачитать мои права, – все так же бесцветно произнес Владислав.

Полицейский сдержанно улыбнулся.

– Хорошо. Зачитываю вам ваши права... Вы можете молчать, все, что вы скажете, впоследствии может быть использовано против вас в суде... – заученно говорил шеф полиции, после чего потребовал: – А теперь покажите ваши руки.