Власть Варяга

 — Подняв с дивана бутылку водки, Резван небрежно бросил ее третьему, плотному невысокому парню, заросшему густой черной щетиной.

Показав завидную реакцию, тот ловко поймал бутылку за горлышко.

— Пустите, сволочи! — вырывалась Лада.

Щетинистый резко и сильно ударил Ладу в солнечное сплетение.

Задохнувшись, девушка повисла на его руках, а крепыш, сорвав пробку, стал лить водку прямо в ее горло.

— Пей, красавица! Пей! — ласково приговаривал он. — Мне для тебя ничего не жалко.

Лада захлебывалась, сплевывала водку.

— Отпустите, скоты!

Но водка неудержимо заливалась в горло, все более отнимая силы. Уже обессиленную ее положили на пол. Крепыш уверенно уселся на ее ноги и, посмотрев на Мугаметова, восторженно воскликнул:

— Братан, тут такое богатство!

Лиля, продолжавшая все это время стоять в дверях, встряхнулась, будто бы очнулась от столбняка, и просительно произнесла:

— Я пойду, Резван, у меня еще кое-какие дела есть. А потом, клиенты через полчаса подойдут.

— Назад, шалава! — запретил Мугаметов. — Смотри, — ткнул он пальцем в распластанную Ладу, — что делается с теми, кто меня не слушает!

Гориллоподобный, мелко хохоча, расстегнул ремень, спустил до колен штаны и неуклюже опустился прямо на извивающуюся Ладу.

Сильная боль разодрала бедра. Лада вскрикнула.

— Подмахивай, сучка, подмахивай, сказал! — орал бугай в самое ее лицо. — Ты на работе находишься, не халтурь! Я кому сказал! Клиенты обидеться могут!

Лада пробовала вырваться. Но несколько сильных оплеух разбили ее лицо, она почувствовала, как лопнула губа, а рот мгновенно наполнился кровью.

Резван сидел и молчал, с непроницаемым лицом, лишь иногда делая глубокие затяжки, и, только когда удары по лицу участились, он зло воскликнул:

— Поосторожнее, Тенгиз! Вы мне товар попортите! Ей еще на Тверскую выбираться. Кто ее тогда с такой рожей снять захочет?

— Да мы же с нежностью, — уверил его Тенгиз, приспуская штаны.

Гориллоподобный устало поднялся.

— А хороша телка! Не ожидал. Спасибо, Резван, за подарок. Все плотненько так, не разношено, не то что у шалав с улицы. Чувствуется, Резван, что ты ее бережешь. — И, рассмеявшись, добавил: — Для таких, как мы, бережешь!

Резван промолчал, лишь слегка поморщился, шутка его покоробила. Он нервно стряхнул пепел на диван. Зато приятелям слова толстяка пришлись по душе, и они громко расхохотались. Парни входили в раж.

Посмотрев на Ладу, гориллоподобный радостно сообщил:

— А эта случка мне понравилась. Радуйся, шалава, постоянного клиента заполучила, настоящего джигита!

Глава 7 ОНИ ТЕБЯ УБЬЮТ!

— Узнаешь этих девушек? — Чертанов протянул своему собеседнику три фотографии.

— Не, не помню таких. Первый раз вижу.