Вариант "Омега" (Операция "Викинг")

Громыхнул винтовочный залп, и агент закончил свое существование в глухом полутемном подвале. Крикнул какой-нибудь лозунг и умер, не зная, что на него была возложена важная миссия. Шлоссер усмехнулся, поймав себя на мысли, что ему жалко смелого русского парня, жалко - как продукт собственного творчества.

Хлопнув дверью, в кабинет быстро вошел гауптштурмфюрер Маггиль.

- Добрый день, Георг, - громко сказал он, бросил на стол папку, принес тебе сводку наблюдения. Ничего интересного, твой русский не появляется. - Он снял плащ и фуражку, бросил их на диван и, потирая руки, стал расхаживать по кабинету. - Довольно мерзкая погода, Георг. - Косо взглянув на Шлоссера, он неожиданно объявил: - Мне необходимо с тобой поговорить.

Шлоссер закрыл принесенную Маггилем папку, отложил ее в сторону.

- Слушаю вас, гауптштурмфюрер.

- Что за привычка переходить на официальный язык? Мы знакомы столько лет...

- В официальных разговорах форма должна быть официальной, господин гауптштурмфюрер. Садитесь, пожалуйста, я вас слушаю.

- Как хочешь, Георг. - Маггиль пожал плечами, сел. - Возможно, так и лучше. - Он замялся, кашлянул и продолжал: - Шлоссер, я получил приказ не оказывать вам помощи...

- Если не трудно, то - фон Шлоссер. - Шлоссер, не торопясь, поправил белоснежный манжет, внимательно посмотрел на собеседника. Курите, гауптштурмфюрер, не стесняйтесь. Вы перестаете мне помогать и принесли последнюю документацию. - Он похлопал по папке. - Я не могу вас осудить, вы немецкий офицер...

- Мне чертовски неприятно, Георг...

- Приказы не обсуждаются. Я понимаю, гауптштурмфюрер. Хотел бы вас проинформировать. - Шлоссер поднял руку, остановил пытавшегося возразить Маггиля. - В Берлине, перед самым моим отъездом в Таллинн, Канарис и я имели довольно длинный разговор с руководителями вашего ведомства, не буду называть фамилии. Нам удалось убедить данных господ в необходимости тесного сотрудничества абвера и СД в операции "Троянский конь". Видимо, тот факт, что операция затягивается, натолкнул ваших руководителей на мысль, что приказ фюрера выполнен не будет. Теперь они хотят отмежеваться, свалить всю вину на абвер. Спорить не приходится. Но, кроме огромного вреда, который принесет несогласованность наших действий, я не вижу других результатов принятого решения. Чтобы вы поняли, что я преследовал своей целью только благо Германии, предупреждаю, господин гауптштурмфюрер: в случае удачи проводимой операции ее успех будет разделен нами поровну. - Шлоссер встал, вышел из-за стола. - При неудаче я несу ответственность единолично. Все. - Вздохнув, он подошел к Маггилю.

Маггиль встал, хмуря брови, морщился, чуть ли не кряхтел, так трудно ему было уследить за ходом мысли Шлоссера. Что задумал хитрый аристократ?

- Мне чертовски неприятно, Георг.