Вариант "Омега" (Операция "Викинг")

Маггиль слушал, не сводя взгляда с разгуливающего по кабинету Симакова. Когда майор замолчал, бывший гауптштурмфюрер крикнул:

- Он мертв! Его убили свои же партизаны. - Он хихикнул, затем продолжал: - Я встретил охрану и вернулся назад. Никого уже не было. Я нашел наш настоящий патруль. Фельдфебель был убит, а солдат ранен. Он мне рассказал, что слышал, как ваши бандиты проволокли через шоссе тело и бросили его в пруд.

Симаков поморщился, вызвал конвой и сказал:

- Уведите арестованного.

Майор из-под набрякших век взглянул на закрывшуюся дверь, вновь одернул гимнастерку, но ремень свободно болтался на талии, гимнастерка тут же сбилась на животе. Майор с любопытством посмотрел на ремень, сунул за него кулак, затем второй и, наклонив голову, усмехнулся. Он приоткрыл дверь и позвал:

- Вера Ивановна, зайдите на минуточку.

Секретарша вошла, неся поднос с чайником и двумя стаканами.

- Вера Ивановна, дайте мне шило или ножницы. - Майор снова оттянул ремень. - В эту сбрую двух таких, как я, богатырей запрячь можно. Необходимо подтянуть.

- Вам новое обмундирование положено, - ответила Вера Ивановна, опуская на стол поднос и вытряхивая из пепельницы окурки.

- Непременно новое получу. Сорок восьмой размер. - Майор расстегнул ремень. - А пока, голубушка, вы мне дайте какой-нибудь острый предмет, я новые дырочки проверчу.

Вера Ивановна пробормотала, что все это сказки, майор не пойдет за новой формой, и вышла. Майор скорчил обиженную гримасу, перекинул ремень через плечо, хотел подойти к окну, взглянуть, что делается на улице, но дверь распахнулась, и в кабинет вошел Скорин.

- Почему без доклада, товарищ старший лейтенант? - спросил майор, быстро подпоясываясь.

- Вера Ивановна сказала, что вы один, Николай Алексеевич, и чай пьете. Я опоздать боялся, - серьезно ответил Скорин и встал по стойке "смирно".

- Распустил я вас. - Майор нахмурился. - Вчера прихожу с совещания, на диване Петрухин спит. - Он разлил чай, жестом пригласил Скорина. - Прилетел, видите ли, доложить торопится и храпит - сводный духовой оркестр. - Майор строго посмотрел на подчиненного. - Сушек, между прочим, нет. Кончились сушки, так уж извини.

- Да уж ладно, Николай Алексеевич. - Скорин достал платок, обхватил им горячий стакан.

- В Таллинне получше питался?

- Черную икру каждый день ел.

- Врешь, - убежденно сказал Симаков. - Месяц как вернулся и ни разу не похвастался. Точно врешь. Ты мне лучше скажи, как это получилось, что солдат из эсэсовского патруля своими глазами видел, как тебя в пруд бросили?

- Маггиль говорит? - спросил Скорин. - Я тогда упал, ребята машину с Маггилем прогнали, подбежали ко мне. Выяснили, что все в порядке, поздоровались, тут Зверев и говорит: мол, пойду фашиста добью, он в кювете раненый валяется.