Лабиринт Ванзарова

Аполлон Григорьевич затаил дыхание. Как хищник перед прыжком.

Поначалу ничего не происходило. Лишь стрелка внутри колокола чуть заметно качнулась, указав острием на Ванзарова. Как вдруг рука доктора стала писать, будто без его воли. Карандаш выводил слова, замирал и снова что-то писал, широко и размашисто. Пока не выпал из пальцев.

Отпустив провод, Котт откинулся на спинку стула и отрыл глаза.

– Прочитайте, что там…

Лебедев чуть замешкался, Ванзаров успел выхватить лист.

Буквы прыгали, строчки плясали, но прочесть труда не составило. Карандаш вывел: «Апраксин… Лавка… Антиквар… Зеркало… Шнур… Стул… Холодное тело… Осколки… Шинель… Ночь… Убегает… Сапоги… Шарф… Поймать…»

Протянув лист, Ванзаров наблюдал, как брови криминалиста поползли вверх.

– Ну и ну… – проговорил он без тени веселья.

– Господин Котт, что значат эти слова?

– Не имею представления, господин Ванзаров. Я всего лишь передатчик образов вашей психической энергии, которая через аппарат вошла в мое нижнее сознание и вышла в виде автоматического письма… Я всего лишь винтик телеграфа психической энергии. Сообщение отправили вы.

– Об этом в газетах ничего еще не было, – начал Лебедев, но получил такой особенный взгляд чиновника сыска, что осекся.

– Господин Котт, кому принадлежит холодное тело?

Доктор только головой покачал.

– Сапоги?

– Не знаю…

– Шинель?

– Не знаю… Это ваши образы…

– Кто был одет в шинель?

– Вы должны знать, – раздраженно ответил Котт. – Ясновидение не отвечает на вопросы, моя методика показывает образы, что исходят из головы человека. В данном случае – вашей, господин Ванзаров. Мой аппарат можно применять для изобличения преступника, обнаружив, что скрывается в его мозгу, что излучает его психическая энергия, его мозговые волны. Считайте, что это машина правды. Обмануть ее невозможно. Образы будут переданы помимо воли преступника. Но конкретные имена и фамилии чаще всего находятся в верхнем сознании, они не опускаются в нижнее. Поэтому их трудно уловить.

– Просто фантастика! – сообщил Лебедев. – Преступлениям настал конец.

Котт устало улыбнулся.

– Крайне признателен, Аполлон Григорьевич, за такую оценку моего изобретения…

– Да какое там, коллега! Это невероятно! Изумительно! Волшебно! Ванзаров, что вы молчите? Боитесь потерять должность? С машинкой правды сыск будет не нужен. Отправитесь в архив.

Ванзаров хранил молчание. Отложив исписанный лист, он скрестил руки на груди и смотрел на доктора.

– Господин Котт, чтобы ваш аппарат уловил психическую энергию, человек обязательно должен держать медный провод?

Вопрос был награжден снисходительным кивком.

– Как раз об этом собирался рассказать.