Ванька-взводный

И не замахиваться уж слишком далеко, а в несколько приемов, аккуратными шажками, и следом к ним пустить толкового конника, чтобы расширял прорыв. А выброска-высадка только ночью, благо они длинные.

– Много по тылам ходил?

– Да всё это время, за исключением месяца учебы под Рязанью, да восемнадцати суток по ранению. Ну и сейчас вот загораю на солнышке и морозе уже неделю.

– Сколько времени тебе потребуется сформировать батальон?

– Да нет никого, едва-едва роту набираем, нас практически не снабжают пополнением, а стрелки из боев уже третий месяц не выходят. А с маршевого батальона от силы двадцать-тридцать человек годятся в разведку по нашей методике.

– Зачем ОсНаз армии?

Иван передал Жукову свой отчет.

– Кто такое придумал?

– Красноармеец Солнцев, они так зимой с горок катались. Только они решетки для них делали, а мы их из подручных средств и лыжных палок соорудили. Я, кстати, обратил внимание, что в четвертом воздушно-десантном охотничьи лыжи применяют, с подбивкой из камуса лосиного, чтобы палки с собой не брать. А у нас в основном спортсмены, с высокими разрядами, лыжники и биатлонисты.

– Нет, у меня разряда нет, рост большой, вот и успеваю за своими орлами. Что касается самой задумки операции, то идея замечательная, но требуется все распланировать до мелочей, а единого штаба операции нет, поэтому велика вероятность того, что все это рухнет в одночасье, – говоря это, Иван складывал карту.

– Остановись! Меня предупредили, что раскрывать источник не следует, но есть у меня человек, который все это скопирует, своей рукой, и ни под каким соусом никому об этом не скажет. Закрывай! Ключик от кабинета мне, сейчас все, кроме двух человек, поедем смотреть твои тренировки. Знаков там не сильно много, за полчаса управятся. Давай вперед! – генерал армии решительно направился на выход.

Оставив здесь одну из машин с охраной и двух старших командиров, вся кавалькада устремилась на полигон, где в поте лица будущие разведчики его топтали. Звучали выстрелы, хлопала пиротехника. Обучение шло максимально приближенное к боевым условиям. Официально получалось, что комфронта приехал смотреть, чему такому особенному учат энкавэдэшники армейскую разведку. Начальство увлеклось, само попробовало проходить усовершенствованную полосу препятствий. Вернулись только через час. Ключ, как положено, уже висел на доске у дежурного по части. Иван забрал его, и его карта полетела в горящую печку. Была, конечно, вероятность того, что ее сфотографировали, но чему быть, того не миновать. Могла Красная армия добиться результата и срезать Ржевский выступ, но ошибок допустили все слишком много. Вот и пришлось доставать левой рукой правое ухо.