Ванька-ротный

А что у вас здесь везде усиленная проверка?

– Да на Москву лучше поездом не суйся. Наши с командировками машинами едут. Ну вот и дошли! Сейчас сдам ваши документы в приёмный покой и можно обратно идти!

– Давай документы. Мы сами дойдем. Ты сам же сказал, что по железной дороге все равно не прорвешься.

– Ладно! Нате! Идите сами!

– Ну и дела! – сказал я старшему лейтенанту, когда мы немного отошли,

– У простого солдата прощения приходится просить. Проще в разведку сходить, чем вот так в своей совести (ковыряться) и перед первым встречным распинаться. Но сделано главное, мы узнали пути на Москву. В приемной нас встретила медсестра. Она посмотрела в…, поправила прическу, поджала губы и пальцем потрогала у края рта, как бы проверяя, не развязались ли (шнурки) у неё по краю рта завязки, чтоб рот не открылся до самых ушей. Потом она зевнула, прикрыв ладонью белые зубы, видимо мы её разбудили, хлопнув дверью при входе. Она взяла со стола перьевую ручку, громко ткнула пером в стоящую перед ней чернильницу и басовито прокуренным голосом проговорила:

– Фамилии говорите! Потом она стала писать звания и прочие данные.

– Ходячие?

– Как видите, без костылей!

– Возьмите в предбаннике по кусочку мыла, подберите себе мочалки, вот вам полотенца и чистое бельё. Баня напротив. Идите туда и мойтесь. После бани зайдете в столовую, скажете, что на вас двоих оставлен расход.

17.Баня

Когда мы вошли в предбанник, под потолком стелился (холодный) белый пар. Человека, стоявшего в рост видно было только ниже груди до половины. Лицо и плечи можно рассмотреть только на расстоянии согнутой руки. А что в самой парной, подумал я. Наверное, больше пару чем жару. Баня худая, вот и парит. Мы быстренько разделись, в предбаннике не было никого. Правда на лавке у противоположной стены лежало обмундирование и под лавкой стояли кирзовые сапоги.

– Ты давай побыстрей! Между пальцами ног потом будешь ковырять. Видно у тебя это любимое занятие. А то славяне всю горячую воду выхлестают. Надо в парную успеть повыше забраться, а то солдатики весь пар с камней изведут. Сидишь ковыряешься, с тобой и веником не хлестнешься. – я пнул его коленкой под зад и сказал: -Пошел! Ст. лейтенант открыл в мойку дверь и переступил порог. Я шел за ним держа в руках обмылок и мочалку. Голые солдатские ноги и плескание воды видны были из-под нависшего пара. Чего-то они сгрудились в один угол. Тут согнутые намыленные спины и бедра. Но что это? Ближайшая солдатская спина согнулась и руки достали до пола. Под рукой молодые крепкие груди и овальные очертания женского торса. Вот белое тело обернулось в нашу сторону и мы увидели всю божественную красоту в натуральном виде. Тело было без головы, как торс Венеры Милосской. Голова и плечи были в белом пару. Я толкнул локтем ст.