Единственная для вампиров Де-Норд

Ему было плохо, мне не требовался ответ, чтобы это увидеть, но как серьезно то, что с ним происходит? Есть ли шанс, что выход куда ближе, чем нам думается?

Ответом мне послужил медленный и невыразительный кивок, такой, будто он не хотел кричать об этом, и сама мысль пробуждала в нем отчаянье и разочарование в самом себе.

— Знаешь, что? Я не верю тебе, Маро. Что мешало тебе самому убить своих таали, чтобы добраться до Кэтрин? — все еще холодно, я бы даже сказала обжигающе холодно, предположил Эрик.

— Я не убийца, Де-Норд, и ты прекрасно об этом знаешь, — прорычал вампир. — Я бы никогда не рискнул своей жизнью совершая такую аферу. Это слишком рискованно. Я был готов подождать год. Всего год, ты сам знаешь, как это немного.

— Но все же ты здесь, — подвел итог вампир. — И все еще тебе не верю, Маро. Слишком странна твоя сказка по смерть сразу двух таали.

— Но ведь, и я почти умерла, — напомнила, ощутив, как полыхнули глаза всех братьев Де-Норд. — И Андор меня спас.

В гостиной повисла мертвая тишина, нарушаемая только моим дыханием и гневным пыхтением четырех, задетых за самолюбие вампиров.

— Боюсь, что это не случайность.

— Что ты имеешь ввиду? — настороженно спросил Стефан.

— Я одна — ладно, таали Сая — возможно. Но не трое сразу. Это слишком… слишком…

— Подозрительно, — подвел итог Эрик, и Сай вновь подал голос:

— Может, объясните мне, о чем речь? Кэтрин умирала?

— Тебя это не касается, Маро.

— Не соглашусь, — резюмировал Андор, нервно постукивая пальцами по спинке дивана, у которого, наконец, остановился. — Что связывает твоих таали и Кэтрин? Подумай, Маро, от этого зависит твоя жизнь.

Носферату задумчиво нахмурился, оглядывая меня с ног до головы, но видимо не отыскав ответа, слабо качнул плечами:

— Понятия не имею.

Он неожиданно закатил глаза и выгнулся в новом приступе боли. Я сама не поняла, как оказалась у него на коленях, судорожно избавляясь от бинтов на запястьях. Ковырять заживающую рану было крайне больно, но вспомнив о том, что это Сай, тот самый Сай, что перешел дорогу Де-Нордам ради меня, я прогнала боль и приложила сгиб кисти к его губам, силой прижимая дергающуюся в спазмах голову.

— Пей. Прошу тебя, Сай пей. Эта кровь добровольная."

"— Это… так… не работает… — простонал он и я вздрогнула от скрипа его челюсти, которую он сжал от боли и вновь захрипел.

— Работает, прошу тебя, — развернула кисть к себе и впилась в нее зубами, заставляя засохшую корочку оторваться и вновь начать кровоточить. — Пей, и я приму тебя в гнездо, — ударила я в последнюю цель, надеясь попасть.

Маро взглянул на меня так, что на позвоночнике выступила липкая полоска холодного пока. Черные склеры затянули глаза и бледные губы приоткрылись, демонстрируя удлинившиеся клыки.