Единственная для вампиров Де-Норд

Он так нежно сдавил меня, в таких щемящих объятиях, что я вновь, не будучи телепатом, ощутила все эмоции, что кипели внутри у вампира. Это непередаваемая, неописуемая нежность, передаваемая на кончиках пальцев, и в горячем дыхании у лица.

— Скоро. Мы совсем скоро будем дома. Эморе рети.

Глава 36. Переоценка ценностей

— Как тебе это только в голову пришло, ненормальная, — продолжал ворчать Андор, пока я рассматривала свои обмотанные бинтами запястья. — Ты могла погибнуть!

— Они тоже.

— Не сравнивай!

— Не кричи! Разбудишь, — тихо рыкнула я, мельком скользнув взглядом по двум спящим вампирам, которые сдавили меня своими телами, и вытянувшись в постели, сладко сопели. — Я имею право сравнивать, Андор. После того, что я увидела.

— И что ты увидела, на твой взгляд? — мужчина вытянул кресло к кровати, громко скрипнув ножками об пол, и удостоившись моего гневного взгляда, со вздохом сел."

"Факир, впервые, наверное, стоял не у окна, а прямо у кровати, недовольно зыркая на меня исподлобья.

— То, что изменило мое мнение о вас. Теперь вы меня не так сильно бесите, — припомнила я ему его же слова и улыбнулась. — Андор, я хочу сказать, что я переоценила ценности, и мое мнение несколько поменялось.

— И как же, хотелось бы знать?

— Я поняла, — улыбка сама скользнула по губам, и я не скрывая удовлетворения, погладила дрожащими пальцами Эрика по виску, убирая пшеничные пряди в сторону. — Что моя жизнь не стоит и грамма вашей.

— Ты что несешь?!

— Тш!

Вампир закатил глаза, и устало потер лицо.

Он не понимал моих мыслей, и не мог правильно расшифровать выводы, что я сделала. Но все было слишком просто, а его видимо, такой вариант не устраивал.

Как я могу противиться быть с ними, после того, что они для нас делают? Не конкретно для меня, хоть в моем случае это и лукавство, а для людей? Они всегда вступают в бой, калечатся, умирают, взамен прося только кровь. Немного, я бы сказала и близко неравноценно тому, что они давали. Неоправданно неравноценно.

— Андор, — вампир поднял на меня глаза. — Не пытайся меня понять. Просто прими, как факт.

— Меня это не устраивает. Я хочу знать…

— Знать, что? Почему я передумала?

— И это тоже.

— Видимо, такова моя судьба.

Погладила спящего Стефана по голове, и выдохнула.

Судя по цвету лица, им обоим становилось лучше, а значит моя задумка сработала.

— Как тебе вообще это в голову пришло! Ты едва сама себя не убила!

— Джес, — позвала я, и огненный нахмурил брови. — Попробуешь ему объяснить? Я немного устала.

— Я кое-что сказал ей.

— Иии? Как это связанно с тем, что букашка вдруг перестала видеть в нас врагов? Скажу честно, я даже несколько расстроен этим фактом. Мне нравилось вводить ее в ступор.