Вампир, я не твоя (СИ)

Но может ребёнок может рассказать хоть что-то о своей деревне или городе? Утром мы вместе попробуем отыскать её… А может, прямо сейчас где-то рядом люди? Возможно, путники остановились в лесу? Или охотники? Или лесорубы? В любом случае, потерянного ребёнка надо вернуть родителям. Это, конечно, задержит меня, но… бросать малыша одного нельзя.

— Я не твоя мама. Но обязательно помогу найти твоих родителей, — заверила малыша, поднимаясь на ноги.

И уже хотела ему руку подать. Как вдруг мальчик… сорвался с места и побежал от меня, стремительно теряясь меж частых стволов.

— Куда ты?.. Постой! — не задумываясь, побежала следом. — Да стой же! Пожалуйста!! Так мы с тобой ещё больше заблудимся!

Ребёнок не слушал, бежал. Я мчалась следом изо всех сил, но всё равно не могла догнать его. Лишь далеко впереди меж стволами мелькала белая рубашечка. В какой-то момент она и вовсе пропала.

Тут я и остановилась. Огляделась по сторонам и крикнула:

— Где ты, маленький?!

— аленький… аленький… — подхватило эхо.

— Мама! — звонкий голос раздался слева.

Совсем близко. Снова далеко меж стволов мелькнул белый силуэт. Бросилась туда, не обращая внимания на кочки, корни и кусты, встающие на пути.

И вдруг едва не упала, придушенная воротом собственного плаща. Обхватила пальцами кулиску и рванулась вперёд. Но плащ не давал.

— За сук зацепился, — обернувшись назад, с досадой дёрнула ткань. — Подожди меня, маленький! — крикнула, услышав уже не крики, но хныканье. — Постой на месте, пожалуйста! Я сейчас тебя заберу! Только отцеплюсь от этого дерева, — начала ощупывать плащ, пытаясь понять, что именно мешает двигаться.

Не сук. Под пальцами ощущался лишь ствол, шершавая кора, в которую уходила защемлённая ткань, будто дерево на мгновенье распалось на две половинки, а потом сомкнулось. Или будто хищное дупло схватило развевающуюся от бега ткань, закусило и теперь не отдаёт.

Будто в подтверждении этой фантасмагорической гипотезы, внутри ствола что-то протяжно захрустело, ствол покачнулся, а плащ в руках заметно натянулся.

— А-а-а-а!!! — заверещала я в ужасе.

Дерево жрало мой плащ! Снова дёрнулась. Конечно же, тщетно. Потом невыносимо долго развязывала дрожащими пальцами тесёмки на горле.

И как только освободилась, кинулась бежать...

Женский крик раздавался справа, хотя я был уверен — Полина находилась совсем в другой стороне. Этот лес дурачил. Он мог — здесь погибло много невинных душ. Но ещё больше их осталось, подпитывая его, а заодно привлекая тварей, что прекрасно чувствовали себя в местах множества людских смертей, да ещё и охотились на живых. Эдакий симбиоз: лесу — души, тварям — кровь.

— Ну уж нет, эта женщина моя, — оскалился, превращаясь в охотника.

Лошадь подо мной вздыбилась.