Вампир, я не твоя (СИ)

— Однако мы испытываем их. Ты испытываешь их ко мне.

— Лишь малую часть… лёгкое облачко, гарантирующее верность. В остальном же, — Чезара растянула тёмные губы и довольно зажмурилась, — я мечтаю о возможности добраться до целого города, чтобы выпить его и вернуть себе прежнюю силу и красоту.

— Ты получишь свой город, — произнёс задумчиво колдун Раварсгард.

— Магнар бы этого не одобрила. Её суть иная. Предположим, она влюбится в вас. Что станет с её чувствами, когда она узнает о ваших деяниях?.. Любовь хрупка. Она рушится из-за малого… Узнай это светоносное отродье, кто вы на самом деле, её чувства в тот же миг поглотит тьма. Это уничтожит её ещё быстрее, чем других ваших человеческих жён.

— Я не стану показывать ей, во что превратится Эрхейвен. Я создам для неё новый мир. Волшебный, прекрасный... — вжав ладонь в подоконник, Лиар влил в него магию, обновляя камни и стекло, делая древесину белой, плотной и прочной. — Без всего этого вашего увядания и разложения.

— Вы знаете, ваш мир возможен лишь во сне.

— Нет. Если оставлю Сеть целой… — прошептал колдун.

Чезару перекосило от такой перспективы.

— Не отступайте от вашего плана, — подкралась ведьма к Лиару. — Проще пойти дорогами сна… проще и надёжнее.

— Да, только её тело наяву быстро одряхлеет и придёт в негодность.

— Обратите её, — хихикнула ведьма.

— Изменить её суть? Не хочу. Хочу сохранить её свет.

— Возможно, мы ошибаемся. Заметили, какой яркой осталась душа Грейворка? Смотреть на него не могу — слепит, раздражает сияющей белизной, — тряхнула сединами Чезара.

— Это временно. Рано или поздно зверь внутри Дориана возьмёт верх, — отмахнулся Лиар. — То же ждёт и Полину.

— Да. Эта Магнар не стойкая и вовсе не идеальная, — заключила ведьма.

— Зато живая, — оборвал Лиар. Закрыв глаза, он откинул голову на каменную кладку. — И ещё, я недавно подумал: вдруг это тьма разрушает меня?

— Вы знаете: всё ровно наоборот, — снисходительно улыбнулась Чезара. — Вам пора.

Снизу, где собралась вся нечисть Синдурра, слышались отчётливые, ритмичные стуки копий о мощённый камнем двор и плотно спрессованную землю. Да, некогда зелёное поле вытоптали дочерна.

— Ты права… Ты во всём права, — нехотя скользнув с подоконника, Лиар подошёл к большому овальному зеркалу.

В стекле, из которого местами проглядывала патина, отразилась изящная фигурка.

— Пора, — Чезара вложила в руку колдуна большие ржавые ножницы.

— Пора, — неуверенно вторил ведьме величайший колдун Вархилла.

Оттянув длинную влажную прядь, он отрезал её чуть выше плеча. Снова чикнули ножницы. И снова на пол полетела мокрая спутанная прядь, растворяясь, впитываясь в дощатый пол так, чтобы не осталось ни единого волоска.

Ножницы зачикали быстрее. Лиар становился злее.