Вампир, я не твоя (СИ)

Сделанного не вернёшь, а моя симпатия просто неуместна.

Симпатия ведь — не любовь. А брак из чувства долга — не брак.

И хотя он притягательный мужчина, сильный, храбрый, принципиальный, и даже готов ради меня на жертвы, надо признать: остаться здесь я хотела не ради него, а ради Эрхейвена… И да, я ревновала его к Уиззи. Но то был мимолётный порыв. Из чувства собственности. Я ведь — та ещё эгоистка.

К тому же ревность — вовсе не показатель любви. Любящий любит живое существо, а не свои чувства. Любящий отпустит объект своей любви вместо того, чтобы добиваться его всеми правдами и неправдами…

На сердце снова лёг камень, и стало трудно дышать. Ведь из всех моих размышлений напрашивался вывод, что Дориан тоже… не любит меня.

Глава 57 Кажется, ты не любишь говорить о той ночи

— О чём думаешь? — спросил Дориан.

— О том, что даже в мыслях больше не делю живых существ на людей и прочие расы, — поделилась более ранними рассуждениями. — Кажется, это заслуга Лиара… Ой.

— Продолжай, — вопреки ожиданиям, Дориан не набросился с обвинениями и претензиями. — Серьёзно, ты ведь хочешь поговорить о нём? Давай поговорим.

Я ужасно смутилась. Как рассказывать о колдуне, чтобы не задеть Дориана?

— Ладно, тогда я сам кое-что расскажу, — произнёс граф. — Ты, наверное, уже поняла: это он сделал меня вампиром.

— Мне казалось, ты не любишь говорить о той ночи.

— Я его укусил, — неожиданно признался Дориан. — Я был человеком, но понимал: убью его, и нечисть отступит. А ещё прочёл в одной книге, что расправиться с вампиром можно лишь обескровив.

— Да. Загнал его в подвальную комнату, которая раньше была ледником, и поскольку всё оружие к тому моменту было потеряно или уничтожено, впился в его шею зубами. Я же не знал, что глотнув его горькой крови, сам превращусь в вампира… Сейчас, конечно, понимаю: это он меня загнал… В общем, тогда я не добил его. А он, зараза, начал быстро регенерировать. Меня корёжило от оборота, а он ходил кум-королём по погребу, да ещё и уговаривал перейти на его сторону. Сулил всемирное могущество. Предупреждал, что жизнь среди людей для меня больше недоступна.

— Врал. Как всегда, — мрачно подытожила я.

— Не во всём, — вздохнул Дориан. — Однако самая коварная ложь та, что более всего похожа на правду.

— Я понимаю, почему ты не принял его предложение. Но глядя на тебя и после тех снов, меня мучает мысль: неужто нежить не имеет право на жизнь? Неужто они все — кровожадные монстры? Вампиры разумны, оборотни вообще живут среди людей. Веточники тоже неагрессивны, как многие другие виды. А ты… не думал об этом?

— Ну смотри, нежить не размножается. Она дело рук чёрных магов.