Штамп на сердце женщины-вамп

– В семье Демидовых что-то не так, – протянула я, – носом чую.

– Да обычные они люди, – хмыкнула Галя. – Ты права, Геннадий мог узнать, что Флора наставила рога брату, и поэтому не любит ни невестку, ни племянницу. Мише он правду не открывает, не хочет ему боль причинять, старается сдерживаться при виде прелюбодейки, но иногда раздражение наружу вырывается. И старший Демидов прав, Марфе нужна твердая рука. Все. Пока. Я умчалась.

– Ну хоть скажи, подвеску проверили? Она не намазана ядом? – заныла я.

– Нет, – неохотно ответила Волобуева, – просто золото и камни. И отравы в крови Федоровых нет, там набор из лекарств и наркоты. Никаких следов средства от крыс нет.

Галина исчезла за дверью, я заказала себе еще одно пирожное, съела его и набрала номер своего приятеля Сени Собачкина[10].

– О! Привет, – обрадовался Семен. – Куда ты пропала? Давно не звонила.

– Дней семь как не беседовали, просто целую вечность, – засмеялась я. – Кузя занят?

– А что надо? – тут же задал свой вопрос Собачкин.

– Долгая история, – вздохнула я.

– Я никуда не тороплюсь, – заверил Сеня. – Совершенно свободен, делать нечего, скучаю. Надеюсь, у тебя что-то интересное.

Я посмотрела на часы. Пять. В данный момент в офисе Собачкина определенно полно народу, но Сеня изображает усталость от ничегонеделания. Есть люди, которые готовы вам помочь, но делают это с таким кислым видом, постоянно повторяя: «Совсем замотался, ничего не успеваю, полный аврал! Встаю в шесть утра, ложусь в три ночи, на сон остаются считаные минуты». Не знаю, как вам, а мне абсолютно не хочется еще раз просить такого типа об одолжении. Собачкин другой, он сразу дает понять, что благодарен мне за избавление от скуки и безделья, рад, что может наконец чем-то занять себя, лентяя.

Я запила очередной эклер чаем, рассказала Сене историю с медальоном и завершила свое выступление фразой:

– Дегтярев считает, что я обчиталась Смоляковой и теперь мне на каждом углу мерещатся отравители. Но, согласись, странно: все, кто имел дело с медальоном, умерли.

– Марфа жива, она в коме, – перебил меня Собачкин.

Я вынула из кошелька кредитку.

– Ну да, она в коме, балансирует между жизнью и смертью.

– Певица Вера Караулова носила украшение, и ничего плохого с ней не произошло, – продолжал Семен.

– Нашел только фото соловья без слуха в глянце, – присоединился к беседе другой голос.

– Кузя! – обрадовалась я. – Ты здесь?!

– А где мне быть? – меланхолично спросил компьютерщик. – Слушал твой рассказ по громкой связи и полез в Интернет. Три месяца назад Караулова посетила юбилей поэта Ревякина. Ты о таком челе слышала?

– Нет, – после короткой паузы ответила я.