Вальс до востребования

Пили чай, ели пирог – вернее, ел по большей части Стаховский, Марианна же позволила себе лишь совсем небольшой кусочек, – говорили о чем-то незначительном, смеялись, обсуждали коронавирус, какие-то нашумевшие новости. И чай уж остыл, и Ян умял свой здоровый кусок брусничного лакомства, а они все говорили и говорили о чем-то неважном, шутили, посмеивались шуткам друг друга, и нечто незримое витало над ними, опутывая своими нитями, и было им обоим хорошо.

А за окном, в темноте, незамеченный ими, увлеченными беседой, тихо пошел первый, совсем робкий еще, осенний снег…

– Вы сильно изменились, Ян, – предсказуемо легко перешла к более серьезной теме Марианна. Не могла не перейти и продолжать обходить стороной тему его увечья.

– Думаю, это трудно не заметить, – усмехнулся Стаховский.

– Вы же понимаете, Ян, что я не о потере ног говорю, – позволила себе намек на укор Марьяна. – Хотя, думаю, произошедшие в вас перемены тесно связаны с тем, что с вами случилось.

– Вы тоже изменились, Марианна, – заметил в свою очередь Стаховский. – Все так же прекрасны и блистательны, но что-то в вас неуловимо изменилось.

– Что с вами случилось? – прямо спросила его гостья.

– Лавина, – усмехнувшись, ответил Ян и вернул ей вопрос: – А что случилось с вами, Марианна?

– Развод, – ответила она. Помолчала пару секунд и улыбнулась печально: – В некотором роде тоже лавина. – И выказала легкое удивление: – Разве вы не знали о нашем разводе?"

"– Я давно не работаю на компанию и не интересуюсь жизнью моих бывших клиентов и партнеров, а в массмедиа, насколько я могу припомнить, информации о вашем разводе не просочилось.

– Понятно. Да, мы сумели избежать публичности и сохранить наш развод в тайне от светской хроники. Хотя Константин и не долларовый миллиардер из первых лиц в списках Форбс, и не из передовых олигархов, чтобы вызывать столь повышенный интерес у прессы и телевидения, но человек все же достаточно влиятельный и известный в определенных кругах. Особенно после того, как стал сотрудничать с вашей бывшей компанией.

– И какова причина вашего развода? – поинтересовался Ян.

Его всерьез проняла эта новость, вот чего-чего Стаховский не мог ожидать и предположить, так это того, что Кирты когда-нибудь разведутся. Из всех тех справок и психологических портретов, подготовленных специалистами, которые он изучал перед заключением договора с Киртом, следовал один вывод – Константин Аркадьевич невероятно гордится и даже кичится, порой с некоторым перехлестом, своей женой, дорожит ею и их семьей в целом. А госпожа Кирт являет собой эталон преданной жены, великолепной хозяйки и прекрасной матери.