Вальс до востребования

 – Захочешь познать больше – найдешь пути постижения.

И сознание Яна внезапно наполнилось яркими иллюстрациями житейских ситуаций, поясняющими те истины и законы, которые объяснял ему Наставник. Они промелькнули стремительно, но показались невероятно подробными, точными и яркими.

– Тебе пора, – закончил их общение Наставник. Улыбнулся…

И Ян с шумом втянул в себя крохи воздуха, чудом каким-то еще остававшиеся в минимальном пространстве его снежной могилы, и ощутил сильнейшую боль и тяжесть своего физического тела, навалившуюся как удар изнутри. И тогда, распрямив ладонь, плотно прижав пальцы друг к другу, словно лезвие лопатки, собрав все оставшиеся у него силы и вложив в один рывок всю еще сохранившуюся в нем энергию и силу намерения, Ян выбросил правую руку вверх, еще и еще раз, пробивая те самые тридцать сантиметров спрессованного снежного пласта над головой, отделявшие его от воздуха, от жизни.

Как позже выяснилось, Яна спасла совокупность нескольких факторов, сложившихся в одну большую удачу. Первое, он не забыл перед спуском положить во внутренний карман и активировать бипер, то есть электронный маячок-навигатор, определявший его местонахождение через спутник по системе геолокации, по которому в конечном итоге его и отыскали спасатели. Второе, Ян находился не перед самой лавиной, а с левой ее стороны, и его решение резко, на девяносто градусов, сменить траекторию движения и рвануть прочь было единственно верным, потому лавина и зацепила его лишь самым краем, и только благодаря этому Ян оказался не погребенным под многометровым слоем снега.

Но этот же фактор в какой-то мере стал и трагическим для него. Поскольку Стаховский находился на самой границе тела лавины, то его не накрыло под снежной массой, а бултыхало и колотило, как щепку в речном буруне.

Третьим фактором, как ни странно, оказался случившийся с ним приступ паники, заставивший биться в яростной истерике, тем самым утрамбовывая снег вокруг себя, что позволило освободить руку и голову. Четвертое – это его самообладание, сила воли, подвигшая взять себя в руки, подавить панику, оценить свое положение, включив критический анализ ситуации, и заставить себя действовать, занять сознание продуктивным делом. Ну, и пятое…

А пятое – наверное, скорее, первое и самое главное – его вернули назад в жизнь. Кто? Без ответа вопрос…

Стаховский снова надолго замолчал, погрузившись в свои воспоминания и размышления. Марианна не тревожила его молчания и мыслей, даже старалась не двигаться, чтобы не беспокоить, давая ему возможность умиротворить свое внутреннее состояние после такого невероятного рассказа и откровения.