Сокровища Валькирии. Книги 1-7

Потом начало казаться, что преграда не только справа от меня, но ещё и слева, причём, чуть ли не с каждой минутой прослушивается явственнее. И когда расстояние между стенами выровнялось, рискнул, отошёл от своей и не ошибся: я уже давно находился в галерее!

Вставил батарейки, на несколько секунд включил свет — труба почти круглого сечения, очень напоминающая тоннель метро. Разве что стены не чугунные и пыльные, а голубоватые, искристые, с выпирающими молочно-белыми желваками вверху и продольными полосами внизу. Чистота, как в операционной — и ни малейшего движения воздуха.

Это уже результат! Я потушил свет и начал развинчивать фонарик, однако зрительная память в самый последний миг выхватила и отложила ещё какую-то неясную и неестественную для такой обстановки деталь. Что-то ещё находилось в этой трубе, причём, в нижней её части, среди неясных полос, и сильно отличалось по цвету и форме: всё округлое, а это вытянутое и объёмное.

Ну вот, начинаются галлюцинации — первый признак обезвоживания организма. Но я всё-таки включил фонарь и отчётливо увидел самый настоящий силовой кабель, растянутый невысоко от пола и уже врастающий в пушистую соль. Если её ионы, которыми насыщен воздух, притягиваются к изоляции, значит, под ней идёт ток.

Меня не особенно-то шокировала взрывчатка, заложенная ниже шахты недалеко от входа в подземелья, поскольку такое саперно-техническое оснащение было понятно: в случае, если туда проникнут какие-нибудь «каркадилы», кто-то крутанёт взрывную машинку и встряхнёт гору, навечно замуровав вход. Но откуда здесь, на такой глубине, самые настоящие коммуникации? И зачем? Неужели и сюда забралась оборонка? В принципе, здесь можно пересидеть любую ядерную катастрофу, если Гои пережили оледенение некогда цветущего, субтропического Севера. Была бы только вода!

От волнения я забыл счёт шагов и когда спохватился, отмахал больше полукилометра. Труба не кончалась, шла строго в одном направлении, и судя по ощущениям, то расширялась (или кровля поднималась вверх?), то сужалась так, что стенки уже чувствовались плечами. Потом стало тяжело дышать, началось сердцебиение, я сбавил темп и прошёл ещё двести шагов, прежде чем обнаружил, что иду на подъём. Когда же в очередной раз распластался на соляном полу перевести дух и ещё раз включил свет, вдруг понял происхождение этого тоннеля — древняя подземная река! И не вода здесь текла, а гидротермальный раствор, насыщенный минералами и солью, и по тому, как всё это откладывалось на стенках, можно было судить о всех геологических пертурбациях Урала.