Валентинка

Говори, какой номер у твоих родителей.

– Не знаю, – пробормотала Оля, опустив голову.

– Я его не помню. Он очень длинный. А в моем телефоне написано просто «Мама». Я нажимаю и готово. А номер не помню.

– Ну и дела, – сказал я. – Что же делать?

Лешка и Ванька развели руками.

– А может, ты домой бабушке позвонишь? – догадалась вдруг Катя. – Уж бабушка твоя наверняка номер знает.

Оля сразу просветлела:

– Ой, конечно! Как же я сразу не догадалась? У бабушки ведь записано.

– Тогда звони скорее, – сказал я.

Оля взяла сотовый и нажала кнопки. Мы видели, что она очень волнуется, даже губы кусает.

– Бабуля! Алло! Это ты? Да это я! Оля. Как ты без меня? Откуда звоню? Из больницы. Да, мне один мальчик дал телефон. Ты маме не сообщила? Нет? Тогда продиктуй мне ее номер, он в красной записной книжке.

И тут она жалобно ойкнула:

– А чем записать? И где?

Я достал из кармана черный маркер, который всегда ношу с собой, ну там, нарисовать что-нибудь на стене или заборе, и стал думать, где бы написать. Бумаги у нас не было.

– Эх, – сказал я, – что же мы Антону тетрадь не принесли или блокнот какой-нибудь?

– А ты пиши прямо на гипсе, – посоветовал Ванька. – На ноге.

– Можно? – спросил я.

Оля закивала и стала называть цифры, которые я записал прямо на повязке. Десять цифр. Девочка еще немного поболтала с бабушкой, и с каждой минутой лицо у нее становилось все светлее и светлее.

– Теперь звони родителям, – сказал я. – Номер у тебя есть.

Оля позвонила маме и рассказала ей о том, как упала с качелей и сломала ногу, а ее лучшая подружка Настя испугалась и убежала, и как она долго лежала и плакала, пока ее не увидели какие-то взрослые и не вызвали скорую помощь. Мама сказала ей, что немедленно возвращается домой и через два дня будет на месте.

– Приезжай быстрее, мамочка, – напоследок сказала Оля. Щеки у нее порозовели, глаза из блекло-серых стали синими и большими.

– Вот видишь, как все хорошо получилось! – радостно воскликнула Катя и, повернувшись к Антону, строго спросила: – А что же ты не дал ей свой телефон? У тебя ведь он с собой!

– Да я как-то не подумал, – начал оправдываться тот, – да она и не говорила ничего.

– Спасибо, Дима, – сказала Оля, возвращая мне мобильник.

Я удивился тому, что она знает мое имя. И вдруг я неожиданно для себя сказал:

– Оставь его пока себе. Вдруг захочешь маме позвонить. Там еще на пару звонков трафик есть. Номер ты теперь знаешь. Он у тебя на гипсе. Всего каких-то десять цифр.

Оля так на меня посмотрела, что если бы у меня было сто мобильников, я бы все их ей отдал за один такой взгляд.

– Мы завтра к тебе придем, – сказала Катя. – Не скучай.

Слово свое мы сдержали. Со следующего дня мы навещали уже не только Антона, но и Олю.

В нашей школе есть подвал, который пользуется очень дурной славой.