Случайная вакансия

— А где же Кей, Гэвин? — поспешила к нему Ширли, чтобы опередить Морин, которая под прикрытием фуршетного стола переобувалась в блескучие туфли на шпильках.

— Она, к сожалению, занята, — ответил Гэвин — и в ужасе столкнулся лицом к лицу с Гайей, стоявшей наготове, чтобы принять у него пальто.

— Мама ничем не занята, — сказала Гайя чистым, звонким голоском. — Это Гэвин её бортанул, правда, Гэв?

Говард как ни в чём не бывало похлопал Гэвина по плечу и прогремел:

— Рад тебя видеть, проходи, возьми себе чего-нибудь выпить.

Ширли хранила непроницаемость, но острота момента притупилась не сразу, и других припозднившихся гостей она приветствовала слегка рассеянно и мечтательно. Когда Морин в своём кошмарном наряде приковыляла ко входу, чтобы вместе с ними встречать гостей, Ширли с огромным удовольствием сообщила ей на ухо:

— Тут сейчас была весьма пикантная сценка. Весьма пикантная. Гэвин и мамаша Гайи… Боже мой… Кто мог знать…

— Что такое? В чём дело?

Но Ширли только покачала головой, смакуя тонкое наслаждение от неудовлетворённого любопытства Морин, и распахнула объятия, потому что в зал входили Майлз, Саманта и Лекси.

— А вот и он! Советник Майлз Моллисон!

Саманта будто бы откуда-то издалека наблюдала, как Ширли обнимает Майлза. Она так внезапно рухнула с вершин счастья и предвкушения в бездну досады и расстройства, что мысли её превратились в белый шум, сквозь который нелегко было пробиться во внешний мир.

(Майлз сказал ей:

— Так это же замечательно! Сможешь пойти к папе на банкет — ты ведь сама жалела, что…

— Да, — ответила она, — я помню. В самом деле замечательно, правда?

Но когда она влезла в джинсы и футболку бой-бэнда, о которых грезила всю неделю, ему стало дурно.

— Мы же идём на юбилей.

— Майлз, мы идём в пэгфордский зал собраний.

— Никто не спорит, но в приглашении сказано…

— Я пойду так.)

— Привет, Сэмми, — сказал Говард. — Шикарно выглядишь. Не иначе как целый день наряжалась.

Но его объятия не стали менее пылкими, а рука привычно погладила её обтянутую джинсами ягодицу.

Одарив Ширли холодной, сдержанной улыбкой, Саманта направилась мимо неё к бару. Стервозный внутренний голосок нашёптывал: «А чего ты, собственно, ждала от концерта? Какой в нём толк? На что ты рассчитывала? Ни на что. На минутную забаву».

Сильные молодые руки, смех, желанная отдушина; мужские ладони на чудом постройневшей талии, пряный вкус нового и неизведанного — все эти мечты в одночасье лишились крыльев и рухнули на землю…

«Хотела одним глазком увидеть».

— Классно выглядишь, Сэмми.

— А, привет, Пат.

Золовку она не видела больше года.

«Пат, в этой семейке ты мне милее всех».

Майлз присоединился к ним и чмокнул сестру.

— Как поживаешь? Как Мел? Она приехала?

— Нет, не захотела, — ответила Патриция.