Случайная вакансия

Бывая в Хиллтоп-Хаусе, он пускался во все тяжкие, чтобы насмешить отца Эндрю; со своей стороны, Саймон только приветствовал визиты Пупса, рассказы о его проделках и даже самые похабные шуточки. Однако наедине с Эндрю Пупс охотно соглашался, что Саймон — первостатейный, отъявленный мудак.

— Зуб даю, она лесби, — говорил Пупс, когда они шли мимо затенённого сосной и увитого плющом старого дома викария.

— Твоя мама? — машинально переспросил Эндрю, погружённый в свои мысли.

— Что? — взвился Пупс, и Эндрю увидел, что он не на шутку зол. — Обалдел, что ли? Сухвиндер Джаванда.

— Ой, да. Точно.

Эндрю рассмеялся, а через долю секунды — и Пупс."

"В ярвилском автобусе было полно народу; Эндрю и Пупсу пришлось устроиться рядом, вместо того чтобы каждому, по обыкновению, занимать двойное сиденье. Проезжая мимо Хоуп-стрит, Эндрю встрепенулся, но улица была пуста. С того дня, когда они договорились о подработке в «Медном чайнике», он видел Гайю только в школе. Кафе открывалось в следующие выходные; при этой мысли его всякий раз захлёстывала волна эйфории.

— Сай-Мой-Зай начал избирательную кампанию, да? — спросил Пупс, занятый сворачиванием самокруток. Одна согнутая в колене длинная нога высовывалась в проход; пассажиры предпочитали перешагнуть, чтобы не связываться. — Кабби пока дрейфит — даже листовку не подготовил.

— А этот уже подсуетился, — ответил Эндрю и не содрогнулся от беззвучного взрыва паники внизу живота.

Его родители все вечера просиживали, как будто так и надо, за кухонным столом; Эндрю вспомнил коробку идиотских листовок, которые Саймон отпечатал на работе, и список основных пунктов его программы, который он составил не без помощи Рут и держал перед собой, обзванивая всех, кого знал в избирательном округе. От Саймона все эти занятия требовали, как видно, титанических усилий. Дома он постоянно был на взводе, и сыновьям доставалось от него больше обычного; можно подумать, он в одиночку нёс бремя, от которого они отлынивали. За едой разговоры велись исключительно о выборах; Саймон и Рут рассуждали о силах, брошенных против Саймона. Существование других кандидатов на место Барри Фейрбразера воспринималось ими как личное оскорбление, а кроме того, они полагали, что Колин Уолл и Майлз Моллисон выступают единым фронтом, поглядывая на Хиллтоп-Хаус и думая лишь о том, как бы одолеть его хозяина.

Эндрю ещё раз проверил спрятанную в кармане записку. Он не посвятил Пупса в свои планы. Боялся, что тот пустит это дальше; Эндрю не придумал, как убедить друга в необходимости строжайшего соблюдения тайны, как напомнить ему, что маньяк, из-за которого он в детстве описался, живёт-поживает, причём в одном доме с Эндрю.

— Кабби не парится из-за нашего Зая, — сказал Пупс.