Вакансия: жена. И ничего личного

Все мужественные, смелые парни вокруг, мягко говоря, ошалели от такой моей наглости. Здесь было принято ежедневно и ежечасно доказывать свой героизм и полезность, хотя бы в мелочах. А мне вот резко надоело. Они мальчики, им положено быть героями. А я принесу результат, когда ему настанет время.

– В чем проблема? – Пальмовский сверлил меня глазами. Казалось, что дымящаяся дырочка уже должна появиться и на лбу, и на задней части черепа. Рука так и тянулась проверить.

– Я вчера доложила вам обо всем, и о достигнутом, и о своих планах. С тех пор ничего не изменилось. Как только появятся новые подробности – с радостью поделюсь. А пока хочу лишь сказать, что очень благодарна за помощь коммерческому отделу. Они очень здорово и оперативно организовали опросы клиентов.

– Когда будут данные по этим опросам?

Это был вопрос из ночной смс-ски. И я даже успела подготовиться. Но профессиональная гордость почему-то дала сбой. Иными словами: мне захотелось повредничать.

– Я сообщу, когда они появятся.

– Что ж, Дарья Олеговна, вы свободны.

Его голос мог бы поспорить со льдами Арктики. И не подумаешь даже, что эти же губы только сегодня ночью так жарко и так проникновенно шептали разные непристойные глупости. А что они еще делали, эти губы, развратное и безумное, лучше даже не вспоминать.

Без сожаления поднялась и пошла к выходу. При мне еще никого ни разу так не выгоняли. Правда, никто еще и не рисковал выпендриваться, как я.

Но вряд ли кого-то из этих богатырей Пальмовский трахал за несколько часов до совещания… Не вовремя пришла эта мысль. Или вовремя? Во всяком случае, выходя, я улыбалась. И смешок прятала с огромным трудом.

Опустошенно, с какой-то отстраненной печалью собирала вещи. Их и набраться-то много не успело за это время… А я ведь хотела принести сюда какой-нибудь цветок, или даже парочку…

Тащила бы его сейчас за собой… Хотя нет, можно было бы подарить Але.

– Даша, тебя вызывают к директору. – Секретарь пришла. Своими собственными ногами. Длинными, красивыми ногами, которые заканчивались отменной задницей. Модель, да и только!

Правда, эту задницу Инесса крайне редко отрывала от кресла ради простых смертных. В основном – звонила и писала. Мне иногда казалось, что она даже в туалет не ходит. А тут – на тебе, явление Христа народу.

– Я занята. Зайду попозже. – Желание бунтовать нарастало.

Жаль было терять отличную зарплату, но что поделаешь? Просить прощения за свою глупость и податливость у Пальмовского я точно не собиралась!

– У него для тебя что-то очень важное! – Инеска шептала заговорщически. – Иначе бы ни за что меня не отправил! Беги быстрее, а то передумает, и все.

– Я никогда не узнаю, что произошло.

– Боже, да он меня уволить хочет. Я тебе так расскажу, без беготни.