Вафли по-шпионски

Она ловко заклеила ватку двумя полосками пластыря.

– Спасибо, Дарья Николаевна. А это мой брат приехал!

– Очень приятно. Ну, до завтра!

– Придет сейчас! Что, прямо жить без него не можешь?

– Не могу, Петечка, совсем не могу!

– Господи, и что ты в нем нашла?

– В нем? Все! Абсолютно все! – пылко воскликнула Марта.

В комнату заглянула Милица Артемьевна. Сокольский вскочил.

– Петя! Сколько лет, сколько зим! Какой ты стал… импозантный! Видишь, как Господь распорядился, я тут за твоей сестрой ухаживаю, она чудная девочка…

И тут появился Бобров с Тимошей на руках.

Лицо Марты осветилось.

– Мишенька, приехал!

– Тимошка, и ты здесь! – засмеялся Сокольский. – Я гляжу, Мишка, он тебя признал!

– Не просто признал, а страстно полюбил! – проворковала Марта.

Бобров осторожно спустил кота на кровать. И обнял Марту.

– Маленькая, как ты?

– Да хорошо, но я так скучала…

– Петя, пойдем-ка на террасу, пусть они тут поворкуют, все-таки молодожены.

Петр Петрович вышел вместе с Милицей Артемьевной.

– Миша, родненький мой…

Он привычным движением запустил руку ей в волосы, а она потерлась щекой о его запястье.

– Знаешь что, я думаю ничего страшного не случится, если ты сегодня поужинаешь с нами на террасе, ты ж все равно питаешься сидя, а потом приляжешь там на диване.

Она уже хотела вскочить, но Бобров ей не позволил, подал халат и тапки, а потом подхватил ее на руки и понес на террасу.

– Миш, но я же все равно встаю в туалет…

– А мне приятно носить тебя на руках.

– О! – воскликнула Милица Артемьевна при виде их. – Прекрасная идея!

Показуха, решил Сокольский. Он видел, с какой любовью и нежностью сестра смотрит на этого чужого мужика, и глухое раздражение не покидало его. В чем дело, думал он. Я ему не верю! Она-то, дурочка, все принимает за чистую монету, а он… Есть тут какой-то другой интерес. Но какой? Квартира? Смешно, у него самого есть квартира не хуже… А что еще есть у моей Мартышки? Да, собственно, ничего. У нее есть я. Но я-то ему зачем? Или он двойной агент? И попытается меня завербовать? Бред сумасшедшего! Но тогда выходит, что и в самом деле любовь? А я не верю! Или не хочу верить? Всегда я не любил Мишку, вот и все. Надо будет как-то его проверить, что ли… Но как? Делать мне что ли нечего? Права Ирка, я спятил уже с этой работой. А он, надо заметить, здорово изменился с тех пор, как я его видел… Как будто помолодел и сбросил какой-то тяжкий груз, черт бы его побрал…

– Миша, – спросила ночью Марта, – за что Петька тебя так не любит, а?

– Не знаю, но мне, если честно, плевать…

– А ты у него случайно когда-то девушку не отбил?

– Может и отбил, я уж и не помню.

– А он, видимо, помнит… – засмеялась Марта. – А мне бы так хотелось, чтобы вы подружились…

– Я лично ничего против него не имею, но насильно мил не будешь. Бог с ним.