Вопреки судьбе, или В другой мир за счастьем

Слишком много мыслей занимали его голову.

Отправленный им на сбор информации об Анике агент узнал столько, а вернее — такое, чего граф никак не ожидал. Для этого пришлось посылать своих людей не только по следам Аники здесь, в Аллирии, но и в Ревну и даже в Трину. Причем в процессе разгадки тайны его голубоглазки начал раскручиваться совершенно другой клубок тайн, который изрядно беспокоил его департамент. И кто бы мог подумать, что этот клубок напрямую связан с одной маленькой притягательной женщиной, которая с каждым днем занимает все больше его мыслей и желаний!

— Этьен, если ты и дальше будешь молчать, я от нервов могу родить здесь и сейчас, — напряженный голос Аники вывел его из размышлений и даже пристыдил.

Похоже, он сам того не желая накалил атмосферу за столом так, что того и гляди начнет искрить.

— Простите, дамы. Признаться, даже не знаю с чего начать.

— Обычно все советуют с самого начала, — сказала графиня, разглаживая несуществующую складку на манжете платья.

— Что ж. Тогда слушайте. В королевстве Ревна, в которое из Аллирии можно попасть только морским путем, жил был... Хотя, почему жил? И сейчас живет и здравствует герцог Нанский — родной брат короля. У герцога родилось пять сыновей и одна дочь. Через несколько лет после рождения девочки от несчастного случая умерла ее мать, на которую она была очень похожа. Дочь стала отдушиной герцога, тщательно лелеемым и оберегаемым цветком, о котором заботился не только герцог, но и король, у которого рождались одни мальчики и в своей посвященной[1] — дочери брата — он души не чаял. Девочка выросла в прекрасную девушку, которую при дворе иначе как Ревнской розой никто не называл.

Этьен посмотрел на Анику и отчетливо увидел в ее глазах панику. Создавалось впечатление, что она очень хочет услышать, что Ревнской розой является кто угодно, только не она. Как это ни странно, но он тоже этого хотел бы.

Раньше политика Ревны и история ее монаршей семьи интересовала его постольку-поскольку — широкая водная преграда разделяла сферы влияния королевств. Да и в последний год Этьен плотно занимался внутригосударственными проблемами — в аристократической среде опять начали мутить воду, и ему нужно было с этим разобраться. И если бы не Аника, он мог сложить голову полгода назад. Именно из-за этого он и пропустил событие, произошедшее в ревнском королевстве, о котором собирался сейчас рассказать.

— Зачем ты все это рассказываешь? Я не могу быть Ревнской розой! — нервно комкая салфетку, воскликнула Аника.

Старая графиня погладила ее по предплечью:

— Не нервничай так, дорогая, иначе мы так и не услышим всей истории. Постарайся выслушать ее так, как рассказывает мой внук: будто какую-то необычную сказку. А выводы будем делать потом.