Гуманный выстрел в голову

С годами к одним приходит опыт, к другим — мудрость. Но мало кто не отдал бы весь свой опыт и всю свою мудрость за возможность испытать впервые то, что стало уже привычным. Удивиться, ахнуть, замереть от восторга, нырнуть с головой, не думая о последствиях, с мыслью о том, что ты — первый человек на земле, кому выпало такое счастье. Ведь у других наверняка всё не так, а тускло, пресно, привычно, цинично! И только тебе достался подарок, за который не жалко отдать хоть всю свою…

— Осторожно! — Мне показалось, что он почти коснулся платка губами."

"Вы полагаете, я нервничаю на пустом месте? Возможно. Но мне не хотелось бы начинать всё сначала.

Этим платком я обтирала лоб своего мужа, когда он валялся выброшенной на берег рыбиной после наших с ним игр. В самом центре — три пятнышка крови из его старых ран. Говорят, что мужчины боятся крови куда больше женщин. Не знаю. Если так, то мне жалко бедных мужчин. А по краям платка… Впрочем, не буду портить вам аппетит. Знающий — додумает. Незнающий — будет спать спокойно.

— Не бойся! — Он улыбается, стараясь меня ободрить. Поклон — и он растворяется в толпе.

— Удачи тебе, — шепчу я вслед.

Больше от меня ничего не зависит. Всё решится этой ночью. Бьянка — умелая колдунья. И назавтра мой муж повернет армию против своей страны.

А если нет… Тогда я появлюсь в другом месте и в другом веке. И другие люди станут мне завидовать, другие любовники и любовницы добиваться моей благосклонности, другие мужья целовать меня на ночь. Ведь мое богатство — не дворцы, не корабли, не рабы. Самое ценное, что у меня есть — время.

Ну вот, теперь и вы мне завидуете. Неужели и вам вечно не хватает времени? Ой, я, правда, не хотела. Простите… Если сможете.

А теперь прочь — в темноту, в пьяную ночь вокруг дворца. Здесь ценят любовь больше, чем славу, больше, чем деньги, но лишь потому, что у них никогда не было настоящей славы и настоящих денег. Трудно ценить то, что проходит мимо тебя.

Сад. Скрипки и флейты почти не слышны — их заглушает рев десятка распаленных глоток. Они не поют — они воистину ревут, ту песню, что я стянула, сама уже не помню где, и подарила солдатам моего мужа. Она им нравится, она помогает им забыться. Да будет так!

Чеканя шаг, сверкая блеском стали,Венецианцы двинутся в поход,Когда суровый час войны настанет…Я даже начинаю им подпевать. Но нет — пора домой. Пора спать. Завтра я должна быть во всеоружии, ведь всё решится этой ночью. Или я вам уже об этом говорила?

Наш особняк возвышается над морем уродливым самодовольным курганом…

И что за мысли лезут в голову! Мне же всегда нравилось это место. Здесь дивные рассветы — куда лучше, чем закаты, когда море отдает небу всю кровь, пролитую на его берегах и в его водах…

Ну вот, опять! Мне определенно пора в постель.