Вера в ближнего

Если не сработает и пикап начнут расстреливать, придется как-то выскакивать на оставшихся умениях или даже потратить трофей из неназываемого ради иммунитета. И еще надо успеть выхватить из бортового гнезда трубу гранатомета. Он тоже не из самых завалящих, такой подарочек решетки на бортах не остановят. Лишь бы попасть, и бронетранспортеру сильно поплохеет.

А попадать Читер мастак.

Все эти мысли проносились в голове быстрее любой пули. А тело напряглось в ожидании первых выстрелов, которые покажут, есть ли шанс хоть что-нибудь успеть. Пусть не возможность выиграть, пусть хотя бы отомстить. Прихватить кого-нибудь за собой.

Если колонна врагов невелика, Читер может в одиночку справиться. Просто повторит то, что делал в крепости Чертей. Да, сольет свой главный козырь, но зато спасет рывок.

Надо начать стрелять, а там видно будет.

Пока что ничего не понятно.

Но первые выстрелы в начавшейся схватке достались зенитке. Дворник с поразительным для такой туши проворством мастерски крутанул нелегкое орудие и, не тратя времени на прицеливание, врезал из обоих стволов. И что с того, что в его боеприпасах не содержался дорогостоящий карбид вольфрама? Да зачем он тут нужен? Это ведь не пулемет, это уже артиллерия. Двадцать два миллиметра с дистанции меньше ста метров для всего рукотворного, что передвигается по Континенту не на гусеницах, — смертный приговор.

Читер увидел, как на башне бронетранспортера засверкали сполохи попаданий фугасных снарядов. Эти для такой ситуации почти бесполезны и заряжены только в левый автомат, а бронебойные в правый, но Дворник не стал экономить, отрабатывает из обоих. И правильно делает, сейчас не до бережливости, сейчас надо успеть выдать все что есть.

А Читер, как и собирался, начал обрабатывать грузовик. С меткостью у него порядок, да и тут можно даже в прицел не заглядывать. Каждая пятая пуля трассирующая, опытному стрелку на столь мизерной дистанции да по такой крупной цели этого достаточно.

Читер видел, как трассеры впиваются в борт машины. Разлетаются, брызгая огоньками в разные стороны. Один, ударив о сталь, ушел в небеса свечкой, другой повторил то же самое, но по горизонтали.

Но не было главного. Не было эффекта от обстрела. На зрение Читер не жаловался, с такого расстояния он должен во всей красе наблюдать, как разлетается хлипкая броня, как лопаются стекла за решетками кабины, а уши должны слышать хлопки пробитых шин.

Или глаза обманывают, или грузовик заколдованный. И если верно второе, тут не обошлось без магии Континента. Кто-то из пассажиров успел прикрыть технику особым умением. Что-то вроде защитного щита. Такие спецы везде в почете, потому как стрелять по делу их рук — это напрасный перевод патронов.