В твоих руках не страшно

И точно не позволит забыть мне. Значит… надо привыкать к мысли, что в Раграсте теперь мой дом. Рядом с ним. Неважно в какой роли.

И пока я хлопаю глазами в поиске достойного ответа, его демонейшество хитро улыбается.

— Хочешь засахаренных орешков?

— Что? — удивлённо округляю я глаза.

— Орешков хочешь? Или других сладостей? — подмигивает мне. — Мы вон к ярмарке подъезжаем.

Я оглядываюсь вокруг и понимаю, что за разговором даже не заметила, как мы миновали пару кварталов и выехали к ещё одной площади. А там действительно во всю гремит праздничная городская ярмарка.

Яркие лотки торговцев, которые видно даже отсюда. Музыка, которую я теперь отчётливо слышу. Ноздри щекочет смешанный аромат костров, сладостей, специй, ещё чего-то неопознаваемого. Прохожих становится всё больше. Все нарядные, весёлые, приветствуют нас с радостными улыбками и множеством пожеланий счастья.

Это так удивительно. И дух захватывает от потрясающей атмосферы народных гуляний. Я с детства ничего такого не видела и не ощущала. Да и в детстве это было всего лишь один раз, когда мы с мамой переоделись простыми горожанками, и он взяла меня на ярмарку в Террвине.

— В Этейне празднуют и готовятся к свадьбе Адлара с Ланториниаль, — обдав моё ухо жарким дыханием, объясняет Аедан. — Народ радуется за своего принца и ждёт, когда можно будет радоваться за короля.

Он не спрашивает. Поэтому я ничего и не отвечаю. Не знаю пока, что на это сказать. Будь я полностью свободна… наверное, бы и не сомневалась больше. А так… от моего прошлого никуда не деться. Оно в любой момент может явить свой мерзкий лик.

Но сейчас мне не хочется об этом думать. Мне хочется насладиться каждым мигом такого волшебного настоящего.

Мы провели на ярмарке не один час. Смотрели вместе с горожанами представление уличного театра, бродили, держась за руки, между торговых палаток. Братья накупили нам всяких нехитрых но потрясающе вкусных угощений и сладостей, угостили пряными горячими напитками из подогретого вина и специй.

А в одном лотке Аедан даже высмотрел съедобные фигурки животных, выпеченных из воздушного сдобного теста и облитых разного цвета глазурью. И среди всего этого добра внезапно обнаружился кролик. Белый. Присыпанный сахарной пудрой.

Надо было видеть, с какой довольной мальчишеской улыбкой король Раграста покупал себе этого сахарного ушастика, чтобы демонстративно съесть потом у фонтана, где мы присели отдохнуть и перекусить.

Адлар в открытую смеялся. Тори в его объятиях подхихикивала, надкусывая крылышки своего журавля. Да и я сама не смогла сдержаться от смущённой но широкой и искренней улыбки. И под насмешливым взглядом своего демона откусила пышный закрученный хвост облитого шоколадом кота.