В твоих руках не страшно

— Зачем? — наигранно хмурюсь я. Вот догадывалась, что он любую ситуацию в свою пользу способен обернуть.

— Чтобы раздеть тебя, конечно. Для чего же ещё? — играет бровями Аедан.

Отставляет мыло обратно и, недолго думая, накрывает мыльными ладонями мою грудь, сжимает нежно полушария, оглаживает по кругу, приподнимая. Трогает пальцами соски, снова гладит, скользит ладонями вверх до ключиц, ласкает шею, снова возвращается к груди… И так до бесконечности.

Часто дыша, я замираю, прислушиваясь к себе и к тому, как оживает под мужскими руками моё тело. Как с каждым его касанием под кожей словно искры вспыхивают, зажигая в крови странную незнакомую жажду… Сжимаю руки на его плечах, невольно раскачиваясь и дрожа, то избегая его ласки, то подставляясь… И тая, тая, тая от этих нежных прикосновений.

— Мне кажется, что тебе будет гораздо удобнее сидеть, а не стоять на коленях, — слышу хриплый голос Аедана. — Давай устроим тебя так, как надо.

Не дожидаясь моего ответа, он склоняется ко мне и, обхватив за бёдра, тянет на себя, поднимая. А когда я от неожиданности хватаюсь за его шею, прижимаясь грудью к лицу, разводит мои ноги, перекидывая их через свои. И так усаживает обратно, заставив тихо пискнуть от удивления и лёгкой паники, когда его возбуждённая плоть оказывается так близко к моему лону.

— Вот теперь хорошо сидим, — подмигивает мне лукаво. — Очень страшно?

Хочется неистово закивать, но я заставляю себя остановиться. И оценить свои настоящие ощущения, а не те, которые привыкла испытывать. Заставляю себя вспомнить, что со мной рядом Аедан, что это моё решение быть здесь с ним сейчас.

— Не очень, — признаюсь сипло.

— Умничка. Мы никуда не спешим, малыш. Он окажется в тебе только тогда, когда ты будешь готова, — шепчет демон, откидывая мои волосы назад и принимаясь целовать мою шею.

Как он узнает, что я готова, даже представить себе не могу. Но, наверное, как-то узнает.

Под нежным натиском моего демона тревога уходит окончательно, уступая место сладкой неге. Я больше не пытаюсь угадать, когда он перестанет себя сдерживать и толкнётся внутрь. Не стараюсь держаться начеку. И просто отдаюсь на волю умелым рукам, которые трогают и ласкают меня везде, где только ему вздумается, горячим губам, что скользят по коже, оставляя пылающие дорожки.

Купание окончательно превращается в какое-то чувственное безумие, в котором я теряюсь, забывая себя, и всё, чего привыкла бояться.

В какой-то момент Аедан заставляет меня откинуться спиной на его ладонь, отчего моя грудь бесстыдно поднимается, словно угощение для мужчины.

— Какая красота. Как вишня на сахаре, — восхищённо цокает языком, пожирая меня пылающим хищным взглядом. Даже облизывается.