Твой шёпот в Тумане

Такой крошечный, с чубчиком редких темных волос. Так похожий на него.

Позади скрипнула входная дверь, заставив мужчину замереть и вспомнить о травах. Он дошел. Теперь нужно отдать. Эмбер.

В серых затуманенных глазах окончательно погасла жизнь.

— Папа, — тихий шепот снова разбудил его сознание. — Папочка, это ты?

— Томмали, — выдохнул мертвяк и повернулся на спину. Его старшая доченька замерла в каком-то шаге от него со свечкой в руках. Холодный ветер трепал длинное серое платьице. Совсем взрослая. Невеста. А он не увидит ее в свадебном платье. Скупая слеза скатилась по серой щеке.

— Папа, почему ты лежишь? — в тонком голосе слышался страх. — Папочка, поднимайся.

Мужчина поднял руку с зажатым в ней мешочком, но тот выпал из ставших непослушными пальцев.

— Прости, милая, я не мог вас бросить. Не мог не вернуться домой, — его слова становились все невнятнее. — Завари и напои Эмбер. Береги ее, Тома. Береги их обеих.

— Папа, — свеча выпала из дрожащих рук девушки и погасла, покатившись по земле. — Папа, нет. Я прошу тебя, нет. Ты не можешь, папа. Ну, пожалуйста.

Обезумевшая дочь бросилась на грудь мужчины и, не обращая внимания на уже свернувшуюся кровь, тихо ударила по ней кулачками.

— Папочка, — умоляла она, — борись.

— Поздно, милая, — промычал он. — Добей меня и похорони рядом с матерью.

— Нет, я не смогу, папа, — рыдая, она, обхватив его заросшее щетиной лицо, заглянула в родные любимые глаза. — Как же мы? Что будет с Лестрой и Эмбер.

Папа не бросай нас. обняв, она прижалась к мертвому телу, ища утешение и привычное тепло.

— Ты справишься, — отец тихо погладил свою дочь уже остывшей рукой по волосам.

— Ты сильная, Томмали. Ты моя гордость!

Его голос звучал все тише.

— Яне смогу, папа, — подняв лицо, она умоляюще взглянула в его глаза.

— Сможешь, а сейчас неси вилы, — приказал он.

— Нет, — девушка в ужасе покачала головой и трусливо глянула на освещенное окно, боясь увидеть там сестер."

"— Не дай мне превратиться в безумца и навредить вам, — настойчиво зашептал мужчина, теряя остатки разума, но хватаясь за ускользающие мысли. — Сделай, что я прошу, дочь. Я хочу быть рядом с вами, вот здесь в этой земле. Не отказывай мне в этом, Тома. Не обрекай на участь скитальца. Я хочу быть тут, понимаешь, с вами, мои малышки, с женой и любимым сыном. Прошу. Тома.

Кивнув, девушка поднялась. На трясущихся ногах отошла от отца на шаг. В ее глазах было осознание и ужас.

Папы больше нет.

Сгорбившись, Тома сделала, что велели, и вынесла стоящие в сарае вилы, но добить родного человека рука не поднималась. Размазывая слезы по лицу, она смотрела не отрываясь на отца и не могла решиться. В его глазах угасал огонек разума. Зарычав на нее, мертвый попытался подняться.