Поверить в чудо [трилогия]

       Пока Васильевич осматривал Ольгу, особенно ее шею и плечи, где заметно начали проступать пятна синяков, вокруг стояла такая тишина, что, казалось, даже ветер ненадолго стих, и только дрожащий свет фонариков в руках людей, обступивших могилу, выдавал общее напряжение. Но когда врач сказал, что девушка вполне здорова и просто переволновалась, напряжение схлынуло, вызвав вздох облегчения со всех сторон. Зоя же расплакалась и упала на колени возле дочери, обнимая ее за голову.

       Виктор тоже было дернулся к Ольге, но сразу остановился, принимая право матери первой обнять своё дитя, поэтому сосредоточился на неизвестном, который лежал рядом с девушкой, уткнувшись лицом в землю.

       - Переверните и посветите, - распорядился Засуха.

       И когда приказ был выполнен, тишина кладбища взорвалась длиннющими матами и руганью - фонарики осветили лицо одного из охранников, Бориса Малеванного, который тоже сегодня стоял в окружении, и вместо того, чтоб охранять Ольгу, прибежал её убить. Руки парня сразу надежно сковали наручниками, а ноги опутали прочным шпагатом, и лишь потом его осмотрел Васильевич.

       - Жив, - сказал он и сразу отошел в сторону, более подробно осматривать человека, пять минут назад пытавшегося убить Ольгу, отчим не собирался.

       - Что ж, это хорошо, - ответил Виктор.

       И Зоя от его тона даже вздрогнула - удовольствие в голосе Засухи, будто морозом сковало ей спину. Но она молчала, понимая, что вмешиваться не стоит, нападавшего уже ничто не спасет от страшных мучений и кары. А через мгновение, очнувшись, застонала Ольга. Она открыла глаза и медленно осмотрелась, пытаясь понять, что творится вокруг, а затем, с помощью матери, села и тихо спросила:

       - Вон, слева, - прошептала Зоя, нежно поддерживая её за плечи.

       - Подожди, - отклонила руки матери Ольга, тряхнула головой, перевернулась на колени и, протянув руку, коснулась лба незнакомца. "Боже! - ужаснулась девушка. - Несчастный парень".

       - Виктор! - крикнула девушка, и через мгновение, оторванная от земли, оказалась в крепких мужских объятиях. Засуха, не обращая внимания на подчиненных, родственников Ольги и всего мира, жадно целовал и ощупывал ее, с облегчением выдыхая так долго сдерживаемый воздух, и только удостоверившись, что она начинает отталкивать его, как вполне здоровая, поставил любимую на землю.

       - Как ты, девочка? - хрипло спросил он.

       - Я - нормально, но речь сейчас не обо мне.

       Ольга вновь наклонилась к телу нападавшего парня и коснулась его, чтобы убедиться в своей правоте, а потом громко сказала:

       - Он не виноват.

       - Что-о-о ???

       - Это колдовство, понимаешь?

       - Не говори так, - заорал в ответ Засуха. - Видела бы свою шею в синяках! ...Не виноват! ...