Поверить в чудо [трилогия]

       - Лучше не надо, - вымученно улыбнулся он. - Тогда, в поезде, я как раз возвращался из Минска, где консультировался по поводу Адама. Белорусские светила мне снова повторили, что сыну нужно постоянно заниматься упражнениями и ждать, когда рассосется отёк. И только дома, взглянув на календарь, я понял, что в ту ночь, когда мне стало плохо, наступило время приговора - миновал обещанный мною месяц, и проклятие исполнилось.

       - Йонас умер?

       - Да, прямо в камере. Врача вызвали, но он ничего не смог поделать... А в это время в поезде умирал я ...и без твоей помощи, Оля, ни за что бы не выкарабкался.

       - Ты не интересовался, мы все сделали верно ли был другой выход?

       - Нет, это был единственный способ остаться живым. Счастливых консультантов, - иронично заметил Барон, - я за эти дни наслушался достаточно. Счастливых, потому что иерархия в городе изменилась, ведь я, можно сказать, изъял себя из рядов "черных", и теперь стал обычным гражданином Литвы.

       - Не таким уж и обычным, ведь я с первого взгляда поняла, что ты - незаурядная личность, интересный, умный человек, поэтому не прибедняйся, - фыркнула Ольга. - А на счет Адама скажу вот что - завтра вечером пусть ему дадут снотворное, чтобы я могла спокойно осмотреть парня, то есть, без лишних комментариев с его стороны, обид и шума. Я посмотрю снимки позвоночника, обсужу с физиотерапевтом программу занятий, и тогда уже решу, чем смогу помочь. Не хочу заранее обещать ничего утешительного, пойми меня, ведь позвоночник - орган сложный и непредсказуемый.

       - Я все равно благодарен тебе, Оля, за понимание, поддержку и желание помочь, - кивнул Браунис. - Заеду за тобой около десяти вечера, раньше Адам не уснет.

       - Договорились.

       Уже в машине, возвращаясь домой, Ольга спросила:

       - Слушай, ты так и не объяснил, зачем тебе охрана?

       - После того, как Йонас попал в тюрьму, мне начали поступать угрозы от его сторонников и родных. Они хотели, чтобы я забрал заявление из полиции, хотя само заявление изначально не имело значения, ведь Йонас стрелял из пистолета, спровоцировал аварию, мы с сыном пострадали и просто чудом не погибли. Йонас, кстати, когда протрезвел и узнал о последствиях, был шокирован случившимся и, думаю, поэтому о моем визите никому ничего не сказал.

       - А он знал, что ты "черный"?

       - Нет, конечно, а мои угрозы воспринял, как проявление отчаяния за Адама, потому и не поверил в проклятие.

       - И что теперь?

       - Врачи заверили родных, что смерть была естественной - инсульт, так что я вне подозрений. Полиция закрыла дело, а родня Йонаса прислала письмо, что считает необходимым компенсировать мне затраты на лечение Адама. Вот только они пока не поделили наследство, но как только определятся...