Поверить в чудо [трилогия]

- А что это так пахнет, будто подгорело?

       - Господи, - вскочила Анна, - картошка... Я совсем о ней забыла!

       Оставшись с Ольгой наедине, Тильда притянула ее к себе и крепко расцеловала.

       - Мое солнце, я счастлива, что ты у нас есть, да еще и такая добрая, умная, красивая и, в придачу... э-э-э... - заколебалась старая, хитро прищурившись.

       - Ведьма? - ласково поинтересовалась Ольга.

       - Именно, - согласилась Тильда, - но мне больше нравится слово волшебница или, на крайний случай, колдунья. Все равно, я очень тобой горжусь, очень горжусь, вот так.

       Пообедали просто и сытно: польский капустняк, жареная курица, подгоревшая картошка и овощной салат. От десерта женщины дружно отказались. Ольга помогла убрать со стола и приказала:

       - Уважаемые дамы, марш отдыхать. Да-да, быстро по постелям. Я тоже с удовольствием вздремну, только, если можно, в беседке. Хочется на воздух, он здесь у вас просто замечательный.

       Устроившись на топчане под пледом, девушка удовлетворенно вздохнула и закрыла глаза. "Сонное царство, настоящий рай", - была ее последняя мысль.

       Когда через час у "Вязов" остановился черный мотоцикл, его хозяина встретила насыщенная полуденная тишина. Изредка её нарушал лишь ленивый щебет птиц в ветвях деревьев, да с реки слышался шум проходящего мимо причала катера. Мотоциклист снял шлем, привычным движением поправил растрепанные волосы и поспешил в дом.

       "Ага, - увидел он, - мама с бабушкой отдыхают. Где же тогда моя сестричка? Неужели не приехала?"

       Не найдя ожидаемую гостю, разочарованный Донатас поплелся в беседку переодеваться и просто замер столбом в дверях, увидев прекрасную картину - на топчане, свободно раскинув руки, спала девушка. Осторожно, чтобы ее вдруг не разбудить, молодой Зуокас присел на стульчик и начал рассматривать красавицу. А то, что она красавица, парень понял сразу. Ее черные, с синим отливом, короткие волосы прекрасно оттеняли белоснежную кожу, правильные черты лица поражали гармоничностью, а яркие губы словно были готовы к поцелуям. "Надеюсь, фигура у сестренки тоже безупречная", - подумал парень, пытаясь рассмотреть под одеялом неясные очертания тела Ольги.

       Пока прекрасная кузина спала, у Донатаса вдруг возникла сумасшедшая идея её поцеловать, ведь опытный донжуан понимал - проснувшись, красавица обязательно ему откажет. Парень встал, сделал шаг к топчану и, наклонившись, коснулся губами девичьих уст.

       И в это время незнакомка открыла глаза.

       И что за глаза! Синие, большие, яркие, еще и опушенные длинными черными ресницами. Донатас замер, как завороженный, неудобно склонившись над девушкой, понимая, что теперь уже его подробно рассматривают, словно некий музейный экземпляр.