Поверить в чудо [трилогия]

Как же теперь стыдно! - Девушка вздохнула, признавая свою вину. - Обещаю, это будет мне наукой на будущее. Я начну обращать внимание не только на здоровье пациентов, но и на самочувствие коллег. А еще обещаю, вернувшись из отпуска, поговорить с заведующим и откровенно признаться в своих талантах. Пусть подумает, как "использовать" меня более эффективно, хотя бы в масштабах нашей больницы".

       Отец Иона с неохотой ехал на исповедь к депутату Вахромееву, но отказаться не смог, тот был слишком настойчив в своей просьбе, "усугубив" её щедрым пожертвованием "на здравие монастырской братии".

       - У меня долгий рабочий день, к вам приехать так поздно не годится, так что жду вас у себя в 22.00, - категорично заявил в конце разговора Вахромеев.

       - У нас в это время вечернее моление, - ответил священник, - давайте выберем другое время и день.

       - Нет, мне нужно именно сегодня. Я же заплатил!

       - Если так, мы вернём деньги.

       - Это не разговор, - вздохнул отец Иона.

       - Почему вы отказываетесь? - ярился депутат. - Если нужно добавить, я переведу нужную сумму, скажите сколько...

       - Прости меня, Господи, - раздраженно ответил монах. - Я вам не девочка по вызову. ...Объясняю ещё раз, в десять вечера я приехать не могу.

       - Хорошо-хорошо, а когда можете? - пошёл на попятную Вахромеев. - Я согласен подождать, сколько нужно, только мне действительно важно поговорить с вами именно сегодня.

       - Хорошо, - вздохнул священник, понимая, что отвязаться не получится, - я смогу приехать лишь к полуночи. Вас это устроит?

       - Да, я буду ждать. Куда прислать машину?

       - Не нужно, у монастыря есть транспорт, я приеду сам. Диктуйте адрес.

       Исповедь была долгой и мучительной для обоих. Депутат мялся и пытался говорить завуалировано, пока священник грозно не напомнил о тайне исповеди. Вахромеев вздохнул и начал каяться.

       "Да уж, - хмыкал мысленно отец Иона. - Каяться тебе есть в чём. Что же творит с нами жадность и непомерная гордыня? Ох, грехи наши тяжкие...".

       Исповедь закончилась в начале второго ночи. От богатой трапезы священник отказался и, благословив дом и семейство, уехал. Обратная дорога из Кончи-Заспы была недалёкой - по Столичному шоссе до Южного моста, развернуться на Днепровской набережной, а потом вверх по склонам Правого берега к родному монастырю, ...когда вдруг резко запекло под левой лопаткой. Отец Иона застонал, откинув голову на подголовник, и крепко ухватился за руль. Воздуха отчаянно не хватало, в глазах начал меркнуть свет. Из последних сил, хватая ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба, священник затормозил на краю пустынной набережной, выключил мотор и умер.

       Ну, так, по крайней мере, он думал.