Весь Гарднер в одном томе

У вас есть дети?

— Кого же вы намерены сделать наследником?

— Перед тем как ответить на этот вопрос, — быстро сказал Картрайт, — я хотел бы знать, остается ли завещание в силе независимо от того, как именно умер завещатель.

Перри Мейсон молча кивнул.

— Предположим, — продолжал Картрайт, — человек умирает на виселице или на электрическом стуле. Если его казнят за убийство, что произойдет с его завещанием?

— Как бы он ни умер, на завещании это не отражается, — ответил Мейсон.

— А сколько свидетелей необходимо для завещания?

— При одних обстоятельствах — два, а при других — ни одного.

— Что вы имеете в виду?

— Если завещание отпечатано на машинке и вы его подписываете, необходимы два свидетеля вашей подписи. Но в нашем штате, если завещание написано вашим почерком целиком, включая дату и подпись, и в документе нет другого почерка или машинописного текста, свидетели подписи не требуются. Такое завещание вполне законно.

Артур Картрайт вздохнул, казалось, с облегчением. Когда он заговорил, голос его звучал более спокойно.

— Ну, с этим пунктом вроде все ясно.

— Так кому вы намерены оставить вашу собственность? — осведомился Перри Мейсон.

— Миссис Клинтон Фоули, проживающей на Милпас-драйв, 4889.

Адвокат поднял брови:

— Да, — ответил Картрайт тоном человека, желающего избежать дальнейших комментариев.

— Очень хорошо, — кивнул Мейсон. — Не забывайте, мистер Картрайт, что вы беседуете с адвокатом, а от адвоката нельзя иметь никаких секретов. Говорите правду — я не обману ваше доверие.

— Но я ведь все вам рассказываю, не так ли? — с раздражением отозвался Картрайт.

Взгляд и голос Перри Мейсона оставались бесстрастными.

— Не знаю, — промолвил он. — Я просто напомнил вам об этом. А теперь расскажите о вашем завещании.

— Я уже все рассказал.

— Все, что я имею, завещается миссис Клинтон Фоули.

Перри Мейсон воткнул ручку в подставку и побарабанил по столу пальцами правой руки, внимательно глядя на собеседника.

— Ну, тогда поговорим о собаке, — сказал он.

— Собака воет, — заявил Картрайт.

Мейсон сочувственно кивнул.

— Она воет главным образом ночью, — продолжал Картрайт, — но иногда и днем. Это сводит меня с ума. Я не могу выносить это постоянное вытье. Вы ведь знаете — есть примета, что, если собака воет, кто-то поблизости скоро умрет.

— А где находится собака? — спросил Мейсон.

— Вы имеете в виду, — уточнил адвокат, — что миссис Клинтон Фоули живет в доме по одну сторону от вашего, а воющая собака — по другую?

— Нет, — ответил Картрайт. — Я имею в виду, что воющая собака находится в доме миссис Клинтон Фоули.

— Понятно, — кивнул Мейсон. — Советую вам, мистер Картрайт, рассказать мне все.