Весь Гарднер в одном томе

Более того, теперь Клод Драмм отказывается от эксперимента в точно таких же условиях, как в ночь убийства.

— Чушь, — сказал репортер. — Так ты можешь рассуждать перед присяжными, но я-то спрашиваю тебя, что за всем этим стоит.

— Ничего не стоит, — ответил Мейсон.

— Черта с два! Не думай, что я для тебя собираюсь каштаны из огня вытаскивать. Ты мне помог, и я тебе помогу, но не рассчитывай, что сможешь моими руками жар загребать. Я не намерен из-за тебя обжечься, если только я не уверен, что каштан не стоит того, чтобы тянуть за ним руку.

— Ты неправильно понял меня, Харри, — покачал головой Мейсон. — Я просто хочу провести тест в полностью идентичных условиях.

— Ну тогда давай немного поговорим на эту тему. Что ты имеешь в виду под полностью идентичными условиями?

— Мне требуется, чтобы эксперимент был организован следующим образом: я сяду на переднее сиденье рядом с судьей Пурлеем, который поведет машину, то есть займу место Артура Кринстона. Я готов предложить Драмму сесть сзади, рядом с Доном Грейвсом.

Харри Неверс с удивлением посмотрел на адвоката:

— Слушай, ты просто невинное дитя. Ни в коем случае не позволяй Клоду Драмму обдурить себя своими словами про честность и справедливость. Это один из самых наглых плутов во всей игре. Именно он избавился от первого заявления Дона Грейвса, которое тот сделал полиции, — помнишь, листы неизвестно куда пропали. Тогда Грейвс сказал, что убийство совершил Девоэ, и не упоминал ни про какую женщину.

— Знаю. И что из этого?

— Да просто то, что он так обставит любой эксперимент, что даже с завязанными глазами Дон Грейвс не ошибется. Если ты позволишь ему сесть рядом с Грейвсом, где он сможет дать ему сигнал, толкнуть в бок или шепнуть, то ты полный идиот.

Мейсон улыбнулся в ответ.

— Ладно, выкладывай, что ты там задумал, или не получишь от меня никакой помощи, — сказал журналист.

— Иногда складываются такие ситуации, когда приходится использовать определенную стратегию. Например, если ты хочешь подкрасться к стае гусей, всегда предпочтительнее идти за лошадью.

— Что все это значит?

— Гуси — дикие птицы, и они улетят, если заметят что-то непонятное или что-то напоминающее охотника, — начал объяснения Мейсон. — А к виду лошади они привычны. Когда гуси видят, что за ними идет лошадь, они не обращают на нее никакого внимания.

— Так что ты решил пойти за лошадью?

Неверс встал с кресла и посмотрел в глаза адвокату:

— Послушай, ты приобрел репутацию проныры и отличного бойца. Ты умеешь так повернуть дело, что оказываешься в выгодном положении для решающего удара, а затем концентрируешься на нем. Ты не тратишь времени на мелкие, не имеющие значения детали. А теперь я хотел бы услышать от тебя, в чем на этот раз будет заключаться твой финальный удар.