Весь Гарднер в одном томе

В одну колонку были записаны мили пробега, против каждой записи указывались дорога, по которой ехала машина, средняя скорость, место назначения, а также еще несколько видов данных, которые любому нормальному человеку показались бы бесполезными, но для зацикленного на подсчете стоимости до цента могли играть какую-то, пусть самую незначительную, роль. Мейсон листал страницы со скучающим видом, чтобы не показать окружающим своего интереса. Наконец он добрался до последней записи, посвященной «Бьюику». Она гласила:

«15294,3 мили. Поехал из дома в банк. Прибыл в банк: 15299,5 мили. Уехал из банка и вернулся домой: 15304,7 мили. Приказал Девоэ наполнить бак».

Мейсон взглянул на дату и увидел, что это был день смерти Нортона.

— Как я вижу, он в день смерти ездил в банк, — заметил адвокат.

— В самом деле? — спросил Дон Грейвс.

— Интересно, а он именно тогда получил деньги… я имею в виду наличные, которые были при нем?

— Не могу вам сказать, сэр.

— А кто-нибудь знает, почему у него при себе было столько наличных? — поинтересовался адвокат.

— Нет, — категорично ответил Грейвс.

— Выглядит так, словно его шантажировали или что-то в этом роде, — заметил Мейсон, поглядывая своими спокойными глазами из-под густых бровей на секретаря.

Дон Грейвс встретился с ним взглядом, не изменив выражения лица и даже ни разу не моргнув.

— Это маловероятно, сэр.

Мейсон кивнул и опустил записную книжку в карман.

— Секундочку! — закричал полицейский. — А эту книжку разве не следует оставить вместе с другими бумагами?

— Все правильно, — согласился он. — Она так похожа на мою собственную, что я механически положил ее в карман.

Мейсон протянул записную книжку секретарю, встал и зевнул.

— Пожалуй, я уже посмотрел все, что хотел. Для начала этого достаточно. Конечно, в дальнейшем придется провести полную инвентаризацию.

— Мы можем это сделать прямо сейчас, если хотите, — предложил Грейвс.

— Не думаю, — возразил Мейсон, зевая. — Придется проверять массу деталей, и, возможно, я решу привести свою стенографистку, чтобы она записывала то, что я скажу. Честно говоря, терпеть не могу подобную работу.

— А что делать с завещанием? Мне его искать? — уточнил Грейвс.

— Давайте на сегодня заканчивать. Завтра я приду вместе со своей секретаршей, и мы все проверим, — ответил адвокат.

— Хорошо, сэр. Как вам будет угодно, — ответил Грейвс.

Полицейский стряхнул пепел с сигареты и сообщил:

— Меня устраивает любое время. Мне все равно здесь сидеть.

— Прекрасно, — в голосе Мейсона не было никакого энтузиазма. Он прикурил сигарету и вышел из кабинета.

Адвокат спустился вниз по широкой лестнице, открыл входную дверь и остановился на крыльце в лучах солнечного света, вдыхая свежий утренний воздух.