Весь Гарднер в одном томе

— Вначале вспомним несколько деталей, — продолжал Мейсон. — Я встретился с миссис Белтер в лавочке на Гриссворд-авеню. Мы приехали сюда вместе. У нее не было с собой ни ключа, ни сумочки. Выходя из дома, она оставила дверь открытой, чтобы попасть обратно. Она сказала мне, что двери открыты, а они оказались закрытыми. Кто-то захлопнул их.

— Она — лгунья, — вмешался Драмм. — Если бы она сказала мне, что дверь открыта, то я бы знал, что она закрыта.

— Все это так, — согласился Мейсон, — но не забывайте, что у нее не было ключей. Она вышла под дождь, зная, что должна будет вернуться.

— Может быть, она слишком нервничала, чтобы об этом думать, — предположил сержант Хоффман.

— Это на нее не похоже, — заметил Мейсон.

— И что дальше? К чему вы клоните, господин адвокат?

— Когда мы вошли, — продолжал Мейсон, — в стойке стоял мокрый зонт. Стекающая вода образовала под стойкой лужу. Вы должны были это заметить, когда приехали.

Сержант Хоффман прищурил глаза:

— Да, припоминаю. И что из этого?

— Это еще будет видно, — ответил Мейсон, поднимая руку к звонку.

Через пару минут открыл лакей. Он вытаращил на них глаза.

— Мистер Гриффин дома? — спросил Мейсон.

Лакей покачал головой:

— Нет, он вышел по делам.

— А экономка, миссис Вейт?

— Хорошо, — сказал Мейсон. — Мы идем наверх, в кабинет мистера Белтера. Не говори никому о том, что мы пришли, понимаешь?

Войдя в холл, сержант Хоффман бросил изучающий взгляд на стойку, в которой в день убийства стоял мокрый зонт. В его глазах была задумчивость. Драмм нервно посвистывал тихим, едва слышным свистом. Они поднялись наверх, в кабинет, где в тот вечер лежало тело Белтера. Мейсон зажег свет и начал тщательный осмотр стен.

— Может быть, вы помогли бы мне, господа? — обратился он к полицейским и Дрейку.

— Что ты, собственно, ищешь? — спросил Драмм.

Сержант Хоффман крякнул:

— Можете не стараться, Мейсон. Мы обыскали кабинет дюйм за дюймом, сфотографировали и зарисовали все. Абсолютно невозможно, чтобы мы просмотрели дырку от пули. Впрочем, должна бы быть отбитая штукатурка.

— Я знаю, — признался Мейсон. — Я осматривал стены еще до вашего приезда и ничего не нашел. Но я хочу осмотреться еще раз. Я знаю, как это должно было быть, мне не хватает только доказательств.

Сержант Хоффман вдруг стал подозрительным:

— Эй, Мейсон! Вы что? Пытаетесь оправдать эту женщину?

Мейсон повернулся к нему лицом:

— Я пытаюсь реконструировать действительный ход событий.

— Вы не ответили на вопрос. Вы хотите вытащить эту женщину?

— Тогда без моего участия.

— Именно с вашим участием. Вы не понимаете, что я хочу дать вам шанс? Ваши фотографии будут на первых страницах всех газет.

— Именно этого я и опасаюсь. Ну и хитрец же вы, Мейсон. Я уже навел о вас справки и знаю ваш стиль работы.