Тьма в его сердце

 – Честно говоря, не помню, как ее зовут, но раз она Хэтфилд, значит это и есть его сестра.

Но Джоанна говорила, что ее начальник Конрад – сын владельца отеля, она ничего не говорила о его сестре.

– Так вот кто выдумывает эти дебильные правила, – задумавшись, сказал я.

– Да, Конрад не стал бы страдать такой херней. А вот сестрица его была двинутая немного, – сказал он.

– В смысле? Проблемы с головой?

– Нет, Конрад не говорил о ней напрямую, но иногда упоминал, что она постоянно учится: зубрилка до мозга костей. Он часто возил ее на разные дополнительные занятия.

– Почему он возил, а не родители или водитель?

– Да родителям до них обоих не было дела. Хэтфилд-старший давно не жил с семьей, а мать их постоянно отсутствовала. – Эрик усмехнулся. – Самые громкие вечеринки были в доме у Конрада.

– Если ты с ним общался, то почему не запомнил сестру? Разве ты не должен был постоянно ее видеть?

Эрик покачал головой.

– Чувак, меня не привлекают дети. К тому же она никогда не была по близости. Когда Конрад устраивал тусовку, ее отправлял к подругам или родственникам, или бог знает к кому еще. – Задумавшись на секунду, он сказал: – Оу. Однажды она застала меня в постели с одной девчонкой. Как же Конрад тогда взбесился из-за этого. Я запомнил ее футболку «Скуби-Ду», но вот лицо, не помню, хоть убей.

Выходит, что почти все богатые семьи страдают одинаково, родителям зачастую нет дела до своих отпрысков, они либо работают, либо занимаются своей жизнью. А для детей нанимают штат нянек и учителей.

Вот и Хэтфилды не были счастливым семейством. Хотя почему меня это вообще волнует? Ни с одним Хэтфилдом я не был знаком. Да и не хотел бы.

Пижон, тот, что Конрад, тогда очень мило беседовал с Джоанной, как будто он ее друг или парень или бывший, а значит он мне уже не нравится.

А его сестрица точно ненормальная и фригидная стерва, которая сует нос в личные дела подчиненных. Хотелось бы мне увидеть эту чудачку. Сама то, наверняка синий чулок, вот и нападает на красивых девчонок.

– Так и чего этой Салли нужно от тебя? Залечить ее душевные раны по случаю увольнения сексом?

 Эрик рассмеялся и покачал головой, мол нет, ей не это нужно.

– Она с чего-то решила, что я могу помочь ей вернуться назад. Думает, что мы с этой Селестой знакомы. Бред полнейший.

Его плечи дернулись, он опустошил стакан с водой, взял телефон в руки и что-то принялся печатать.

– Хочешь помочь? – спросил я.

– Найду ей другую работу.

– Ты совсем размяк, заботишься о любовнице.

Эрик поднял голову от экрана телефона и метнул в меня укоризненный взгляд.

– Это не забота, это долг. Ее уволили из-за меня, значит мне и помогать ей.

– Но ведь это она прилепилась к тебе. Добровольно. Ты не заставлял ее.

Эрик устало вздохнул и закатил глаза.