В тихом омуте

Он помогал выйти из автомобиля благообразной женщине в возрасте, по всей видимости, своей маме. И Юля опять сбавила шаг, с любопытством наблюдая. За два года жизни в этом городе, она никогда не встречалась с Ольгой Кудеповой. Как-то не довėлось. Α, возможно, довелось, на улице или в магазине, но, естественно, ей не пришло в голову обратить на женщину внимание, не зная, кто она. А вот теперь Юля к ней с интересом приглядывалась, видела, как Игнат,такой большой и сильный, весьма трепетно поддерживает мать под локоток, а, дай ему волю, наверное, на руках бы донёс до магазина через дорогу,и ничего зазорного в этом бы для себя не увидел. Α его мама сияла радостной улыбкой, что-то говорила сыну без умолка, и с удовольствием принимала помощь и держала сына за руку. Хотя, по виду, совершенно в помощи не нуждалась. Женщиной она была моложавой, выглядела хорошо и бодро. Просто она очень радовалась тому, что сын, наконец, рядом.

   Наблюдала за ними не только Юля. Она в какой-то момент обвела улицу взглядом и заметила еще любопытствующих, но матери и сыну ни до кого дела не было. Они были заняты собой,и Юле вдруг стало неловко. Она, получается, тоже за ними подглядывала, подсматривала, хоть и без дурного умысла. Заставила себя отвернуться,и поспешила домой.

   Вечером Юля узнала, что Игнат всё же связался с отцом. По телефону или, возможно, они так же, как и она, столкнулись на улице,известно ей не было, но Игнат предложил встретиться и обсудить возникшие вопросы по наследству.

   - Обсудить, если есть, что обсуждать, – повторил слова старшего сына Николай Васильевич и зло сверкнул глазами в сторону. – Он так сказал.

   - И где вы будете встречаться? – поинтересовался Сеня. Зачем-то глянул на Юлю. - Или он снова заявитcя к нам в дом?

   - Нет. Мы решили встретиться в бабкином доме.

   - Не знаю, что ты собираешься с ним обсуждать, – вздохнула Алевтина Ивановна. – Судя по всему,из города он уезжать не торопится. Разгуливает по улицам, как по собственному имению. Да Ольгу на машине катает. - В голосе свекрови слышалось неподдельное возмущение. - А она вся разряженная, улыбается!.. Сыночка всем дėмонстрирует.

   - Тачка у него крутая, – вдруг заметил Арсений. - Она одна, наверное, стоит дороже, чем бабкин дом.

   Николай Васильевич на сына посмотрел в упор, нахмурился.

   - «Гелендваген», пап. Уж, во всяком случае, не меньше.

   Свёкор недовольно выдохнул, отвернулся ото всех. По всей видимости, размышлял с какой позиции ему разговаривать со старшим сыном при встрече. С позиции силы теперь вряд ли получится. А уж отцовского наставления и подавно.